— Если только Крауч не ушел слишком далеко, — заметил Рон. — На карте-то только замок с окрестностями...
— Тихо! — Гермиона приложила палец к губам.
На лестнице послышались шаги. Судя по голосам, шли двое и о чем-то спорили.
— ... это называется шантаж! И нас за это по головке не погладят...
— А мне надоело быть вежливым и честным! И ты плюнь на честность — плюнул же он. Подумай только, что было бы, если бы в Министерстве магии прознали о его делишках. Уж этого-то он не захотел бы.
— Все равно. Разговоры разговорами, а письмо — это шантаж.
— Вот погоди, раскошелится он, и поглядим тогда, станешь ты жаловаться или нет.
Дверь совятника распахнулась, и на пороге, увидев Гарри, Рона и Гермиону, замерли Фред и Джордж.
— Вы что тут делаете? — разом воскликнули Рон и Фред.
— Пришли отправить письмо, — дружно ответили Гарри и Джордж.
— Так рано? — вместе подняли брови Гермиона и Фред.
Фред улыбнулся.
— Ладно, — сказал он. — Мы не спрашиваем, что вы тут делаете, а вы не спрашивайте нас. Идет?
В руке он держал запечатанный конверт.
— Не смеем вас задерживать. — Фред с ироничным видом поклонился и указал на дверь.
Рон не тронулся с места.
— Кого это вы вздумали шантажировать? — спросил он.
Ухмылка сошла с губ Фреда, а Джордж, напротив, глянул на Рона и улыбнулся.
— Какой шантаж? Мы просто шутили, — как бы невзначай сказал он.
— Да неужели?
Фред с Джорджем переглянулись.
— Я тебя предупреждал, Рон: не суй нос не в свое дело, а то как бы тебе его не оторвали.
— А такое. Шантаж не игра. Джордж прав, у вас могут быть большие неприятности.
— Я же тебе сказал, что мы шутили, — сказал Джордж, подошел к Фреду, взял у него из рук письмо и стал привязывать его к ноге ближайшей совы. — Ты, Рон, прямо как наш братец Перси. Продолжай в том же духе и тоже станешь старостой.
— Еще чего! — вскипел Рон.
Джордж поднес сову с письмом к окну и выпустил, сова улетела, а он повернулся к Рону и улыбнулся.
— Ну, а раз так, то перестань всех учить. Счастливо оставаться.
И они с Фредом ушли. Гарри, Рон и Гермиона переглянулись.
— Что, если они все знают? — прошептала Гермиона. — О Крауче и обо всем остальном?
— Нет, — возразил Гарри. — Будь это что-нибудь важное, они бы кому-нибудь рассказали. Они бы рассказали Дамблдору.
Рона эти слова не успокоили, он все равно тревожно покусывал губу.
— Ты что, Рон, не согласен? — спросила его Гермиона.