И еще не знают какие земли и от кого мне достались. Но на всякий случай уже покушаются.
Хм, что еще… Я постаралась не покоситься на распорядителя. Беранже мог хоть парой слов, но охарактеризовать наследницу в беседе с Его Величеством. И что он сказал об Анифе? Молчаливая лэра с подчеркнуто-южным зависимым поведением.
Вот монарх и решил не церемониться.
Я сделала шаг вперед, ощущая как за моей спиной легко подстраиваются мачеха и Мириам. Времени на размышления практически не было — лишь пара минут, пока я приближаюсь к стеле.
"Почти такой же, какие стоят в каждом замке Старшего рода. В детстве я пробиралась тайком в парадную залу, чтобы подслушать клятвы верности слуг. И едва дышала от энергии, которая передавалась мне при этом. Перед отъездом дядя уговаривал передать ему управление, чтобы обновить присягу гербовой челяди, но я отказалась, обещав, что решу этот вопрос сразу по возвращении из столицы. Да и вряд ли родовой камень примет полноценную передачу от несовершеннолетней.
Как себя вести? Как вывернуться, не оскорбив короля, не вызвав подозрений и к тому же — не уронив чести, сохранив уважение к наследнице?
Внезапно я услышала знакомую мелодию. Еще одна неожиданность — музыканты, не совсем точно, но старательно принялись играть гимн Севера. Когда-то великого и гордого, а сейчас разделенного на десятки самостоятельных «делянок».
Смешно и горько. Дочь Севера прячет свое лицо в маске юга. И что-то во мне… глубокое и упрямое… не дало пройти скромно.
Музыка качала меня на волнах. Сзади привычно семенили, качая бедрами, две моих спутницы, а я почти парила. Потоком пропуская магию сквозь кровь.
Лицо короля то расплывалось, то фокусировалось.
— Жемчужина… — подчеркнуто восхищенно глядя на меня, пробормотал Его Величество Эдгардо Кондегро. Едва заметные морщинки в уголках глаз почему-то добавляли ему не возраст, а подчеркивали природное обаяние монарха. — Мы очарованы вашей грацией и смеем надеяться на большее.