— Сейчас супруг наиграется с унижением Форсмота, а потом снова другом его начнет называть, титулы отобранные вернет Но, уверяю вас, герцогиня, зря вы на этого «вояку» так пристально смотрите. Девочки у вас скромные, воспитанные, а за Ульрихом такие истории шлейфом тянутся, что я и моих глупых фрейлин бы от него подальше держала… — она поджала губы, не договорив. Засмотрелась как в центре зала короля и Скалу обступают щебечущие, раскрасневшиеся юные лэры. Ее племянница тихо кашлянула, и королева продолжила, словно ничего не произошло, — По чести сказать, ко мне Форсмот всегда проявляет уважение.
Так, нам нужно бежать.
— Непривычные мы к большому количеству народа, Ваше королевское величество. Леди Камалии нехорошо, — выдохнула я.
— Так дайте ей нюхательные соли или проводите из зала, — посоветовала королева. — Что за несправедливость, как встречу достойных дам, так что-нибудь вечно мешает пообщаться.
Она выпрямила спину и поджала губы. Слишком ярко нарумяненная, одинокая, заброшенная мужем и двором. На мгновение мне стало ее жаль.
— У нас еще младшая есть, — я поднялась сама, подтянула мачеху под локоток и почтительно склонила голову.
— Тогда всех троих сестер, — отмахнулась королева, не отрываясь глядя, как монарх треплет за щечку какую-то смеющуюся белокурую красотку.
Через минуту мужчины ловко отцепили дам и отправили их в зал, а еще после пары мгновений быстрого разговора Форсмот начал разворачиваться в сторону диванов.
Больше мы не медлили. Плавно… но быстро! наша тройка отправилась на выход, старательно огибая всех по широкой дуге.
◊ ◊ ◊Его Величество Эдгардо Кондегро, первый король Имерии, страны, которую он собрал для себя сам, перестал улыбаться и повернул голову к выходу, чтобы посмотреть в спины уходящих южанок.