Запускай силу, пусть понемногу звезда загорится, но само заклинание не включай, иначе дворцовые артефакты слежения начнут орать по всему крылу.
— Начинаю, — сообщила я. Баланс нужно будет подтянуть, с чего это я, стоя на одной ноге не больше пары минут, едва не покачнулась?
— … Всего учеников будет примерно сорок-пятьдесят, а во второй тур выйдет половина. В третий и последний обычно попадают около десятка лучших учеников дворцовых Мастеров Созвездий. Даже тех, чью силу ограничили.
Он поднялся, оставаясь слишком близко.
— Так даже удобнее, — пробурчал Форсмот, — сейчас на сгиб посмотрю. У меня странное ощущение, что звезда заполнена до краев. Хотя за ночь, без тренировок, у неопытной девушки… нет, это вряд ли.
Он говорил, а я вообще не понимала смысл сказанного. Чистый аромат хорошего мыла и мяты, лишь намек на горьковатый дух табака… Все эти запахи сильного мужского тела, едва не прижатого ко мне так, что еще чуть-чуть и коснусь лбом его подбородка… они кружили и дезориентировали.
— … приказываю немедленно! — вдруг громко донеслось из-за двери. Она дрогнула и распахнулась, запуская в комнату яркий свет и приглушенные звуки музыки.
От неожиданности я спряталась за Форсмота, вцепившись в мундир. И теперь не отталкивала, а скорее держалась за него, чтобы не рухнуть спиной на стол. Ульрих стоял к ворвавшимся спиной и, в отличие от меня, не дрогнул. И кажется, даже понимал, что происходит.
— Эдгардо? — грянуло у меня над ухом. Ничего себе, «интендант»-игрушечный солдатик называет короля по имени. — Что за бесцеремонность?
— О, понял, не захожу… Представляешь, этот глупый рыжий мальчишка попытался не пустить своего монарха, пришлось снять маску, — мягко произнес некто мне невидимый из-за Скалы.