Прощупал уже двумя руками и определил границы невидимого моста. Толщину не удалось, я трогал что-то гладкое и прохладное, но до края так и не дотянулся. Прилёг на камень и стал смотреть под другим углом — чтобы не на фоне марева и тьмы, но хотя бы на фоне чёткой и понятной скалы. Знал, куда смотреть, но всё равно, прозрачное нечто не сразу обрело очертания.
Всё-таки не стекло, а что-то типа горного хрусталя. Если бы не красные точки вкрапления, то практически идеального. С другой стороны, они же и сбивали, сливаясь с общим фоном насыщенного пыльцой воздуха.
Я во второй раз вернулся в тоннель, осмотрелся в поисках того, что мне укажет путь. Нашёл цветы и, задержав дыхание, собрал небольшой букет. Вернулся к невидимому мосту, положил на край бутон и отскочил, жмякнув по нему ботинком.
Капец, магия какая-то! Не сам невидимый мост, а то, как он начал проявляться перед глазами, окрашиваясь пятнами токсина. Так уже лучше, Баба-Нина хоть и сказала, что надо верить, но лучше это делать после проверки.
"Дождавшись, когда частички токсина осядут, подошёл к краю и метнул следующий бутон в край видимой зоны. Сильно метнул, с чётким намерением, разбить его. Бутон, а не мост… И сделал первый шаг, второй, третий, на четвёртом понял, что не дышу и даже не из-за потенциально опасных токсинов. Просто дух захватило. Я раньше не понимал людей, которые не любят высоту или боятся прыгнуть с парашютом.
А вот сейчас, кажется, понял, но и пожалел одновременно. Какой же кайф — это полнейшее ощущение свободного пространства.
— Да иду я, иду, не толкай, — я отмахнулся от налетевшего порыва ветра и пошёл вперёд.
Дальше уже только врата!
Глава 27
Либо энтузиазм по созданию сложных перекрёстков у Птичьих иссяк, либо они ориентировались исключительно на природные особенности горы. Типа, где треснуло или не выросло, там яму и делаем, но Врата я встретил метров через пятьсот.
Очередная пропасть преградила путь, когда я всё ещё был в пещере. Ровный круг проёма, за которым открылась пустота. Внизу — пропасть, наверху — потолок из цельного куска камня. Очередной колодец метров десять в диаметре, к которому я подошёл не сверху или снизу, а где-то посередине.
Ни выступов, ни карнизов, ни балкончиков, ни впадин — ничего такого, за что можно было бы зацепиться. Проход дальше на задней стенке колодца тоже отсутствовал.