Смотри!
Флокси сорвалась с моей макушки, белой молнией метнулась к спорщикам и зависнув перед лицом графа, вспыхнула белой звездой. Хорошо, что френдли-фаера нет, а то и меня бы накрыло.
— Флокси, какого дьявола, поганка мелкая! – ревел закрывший глаза ладонью Яген.
Мелкая поганка совершила жесткую посадку мне на голову и зарывшись в волосы прошептала:
— Бежим, Сашечка!
Я грохоча вёдрами понеслась к дому. Достигнув заборчика, перемахнула его одним прыжком и бросила удивлённо моргающему сыну старосты:
— Ты тоже сваливай.
Он понял это весьма своеобразно: подхватил меня за талию и, подняв над головой, понёсся в обход усадьбы. Я вцепилась в коромысло и хохотала так, что из глаз текли слёзы. Донеся меня до мелкого домика, сын Жажека поставил меня на землю, коротко кивнул и скрылся за углом.
Я поспешила поставить ведра на землю, прежде чем меня согнул новый приступ хохота. Флокси скатилась с моей головы в траву и смеялась, напоминая бешеный колокольчик. Наконец я выпрямилась, продолжая хихикать, и подняла коромысло.
— А? – приоткрыла левый глаз ледяная башка, — О, хозяйка!
— Вилламп. Я мыться буду за домом, никого туда не пускай, но и не бей, ясно? Просто не давай пройти, понял?
— Понял, — улыбнулся он – будет сделано.
Я ткнула в огненную башку, продолжавшую дрыхнуть
— А твой брат тебе не нужен?
— Он устал сильнее – пусть поспит, — добродушно ответил Вилламп.
— Тебе виднее.
Агнешка бочку и правда перекатила. Место было отличным: от лишних глаз меня закрывал с двух сторон высокий забор, а с третьей – стена дома, оставляя мне пространство в пару квадратных метров.
Сунув палец в бочку, я поморщилась. Блин, холодновато. Погреть бы её. А как? А, ну да. Я вызвала золотое пламя в уже опробованной форме ацетиленовой горелки, и опустила этот кипятильник в воду.