— А ещё ты… чтобы меня увидеть… смотришь на небо… — подсказал Хор и я замерла на секунду, а потом грязно выругалась.
— Блядь, ну серьёзно, ещё этой херни мне не хватало. Хор, завязывай с этим, серьёзно. Я готова принять тот факт, что оказалась на службе у ктулхи, но если эта ктулха ещё и начнёт напоминать мне про всякие крипипасты, я могу сесть на измену и тронуться умом.
— Кши-ши-ши… как пожелаешь…
Я вдохнула и выдохнула, успокаиваясь, и задала следующий вопрос:
— А откуда Жажек про тебя знает? Он тоже из твоих?
— Нет.
Я кивнула и подчиняясь внезапному порыву, задала совсем не тот вопрос, который хотела:
— Могу ли я доверять Тиниэль?
— Не станем… отвечать…
— Почему? – опешила я.
— Потому что… это неправильный вопрос… Ты не хочешь знать… можешь ли ты… доверять ей… ты хочешь знать… совсем иное… И если мы ответим… тебе в любом случае… будет хуже…
Я открыла было рот и тут же поняла.
— То-то же…
— Хорошо, тогда так – чего ты хочешь?
Силуэты проявились вокруг меня, но слов не было. Видимо это символизировала то, что Хор собирался с мыслями или типа того. Наконец они заговорили:
— Даже здесь мы… не можем… тебе сказать… это сейчас… Ещё не время… для таких… ответов…
— Это ещё почему?
— Потому что… знание наших… планов подвергнет… тебя испытаниям… к которым ты… пока не готова…
— Но тогда зачем ты меня сюда призвал, если не можешь отвечать?
— Заверить тебя… что ты согласишься… с нами… когда придёт… время… Мы и ты хотим… одного и того же…
Я хмыкнула:
— Как-то тяжело тебе поверить, после всех недомолвок.
— Мы не просим тебя… поверить нам… Мы просим тебя… поверить ей… — голоса затухали, оставляя только один, силуэты исчезали один за другим, пока наконец вместо какофонии не остался лишь один голос, знакомый и незнакомый одновременно, а вместо всех фигур осталась лишь одна, столь же загадочная.
— Здравствуй, Саша, — улыбнулось моё отражение, — не ожидала?
Я опешив, изучала женщину которая могла быть мне близняшкой – волосы куда длиннее моих, доходили бы наверное до земли, если бы не были собраны в косу, на лице странные узоры, напоминавшие татуировки, оставленные Тиниэль. Кожа столь же молодая и гладкая, но в глазах застыла мудрость веков. Я пробормотала:
— Ты это я?
— Отчасти.