Очередной мольбы он просто не вынесет. Нервы же не железные.
Молчание затягивалось. Наконец Роман поднял руки, сдаваясь, а потом хлопнул по подлокотникам и встал.
– Ладно, твоя взяла. Экзамен так экзамен.
Негласный добродушно усмехнулся и хотел было вновь погрузиться в чтение, но Роман ему не позволил.
– Да, кстати. Я тут видел, что у твоей Людмилы ухажер появился. Ты бы поторопился, а то ведь уведут.
Дмитрий недоуменно взглянул на вновь улыбающегося во все тридцать два зуба друга.
– А при чем тут я?
Улыбка тут же сползла с лица Романа.
– Говорю, уведут девчонку из-под носа, если будешь медлить. Может, признаешься ей в своих чувствах, вдруг ответит.
Поджав губы, Негласный беззвучно рассмеялся.
– Ром, мы не в универе и уже не студенты. Вспомни, что ты хозяин торгового центра, и займись им. У меня сегодня нет времени на отчеты по продажам. Надеюсь, ты справишься сам.
Бобров раздраженно цокнул языком, понимая, что Дима опять его легко поставил на место.
– Хорошо, не буду тебе мешать.
– Иди, – кивнул Дмитрий, отпуская непутевого друга.
* * *– Он такой веселый, столько всяких анекдотов знает, – расхваливала я Юльке своего нового знакомого Артема из креативного отдела.
В ответ я слушала про Егора и про то, что курсант – это тот же солдафон, никакой разницы. Разговор между Юлей и Егором не сложился, хотя подруга у меня из говорливых, но что-то не пошло. Зато у меня все было отлично. Зайдя после обеда на кухню выпить кофе, я столкнулась с Артемом и минут десять только и делала что смеялась. Наконец-то стали появляться настоящие коллеги, а не шипящие змеюки.
Я прекрасно понимала, что по моей вине им всем отделом придется сдавать экзамен, даже Антону Васильевичу. Со вчерашнего дня он к нам больше не заходил, и, наверное, это к лучшему: если еще и он начнет на меня шипеть, то вообще непонятно, как работать дальше.
Успокаивала я себя тем, что Артем приглашал меня приходить обедать на кухню, если что. «Если что» – это если Большой Босс перестанет настаивать на совместных обедах.