Меня слушайте! Я детективы Смоляковой читала, сериалы смотрела! Отлично справлюсь!» Ваша реакция?
– Деточка, – усмехнулся Александр Михайлович, – ваш вопрос поражает своей глупостью. Книги и кино мало похожи на действительность. Оставьте работу профессионалам, сами ступайте суп варить!
– Согласна, – кивнула Амалия. – Почему тогда вы решили, что сможете сами справиться с рекламой? Вы профи?
– Нет, – ответила я, – лучше мы прибегнем к вашей помощи. Пусть бюджет немного подрастет, но зато на выходе получим достойный продукт.
– О! – зааплодировал Энрике.
– Здесь решения принимаю я, – покраснел толстяк.
– Кто платит? – прищурилась Амалия. – На кого договорчик пишем?
Дегтярев скуксился, я подняла руку.
– Я плачу.
– Отлично, – сказала Амалия и показала пальцем на Александра Михайловича, потом взглянула на Сеню, который сидел молча.
– Ваши голоса совещательные. Ее решающий. Кто монеты отсчитывает, с тем и танцуем.
– Мы принимаем решение коллегиально, у нас равное партнерство, – поспешила заявить я, мне очень не понравилось выражение лица полковника.
– Согласилась ты, – подчеркнул Дегтярев.
– Чумовой контекст! – объяснил Энрике. – Народ наперегонки кинется сюда, даже в этот хм… офис!
– Чем этот дом плох? – взвился полковник.
– Кроме того, что до него неделю на лошадях и месяц на велике надо добираться? – абсолютно серьезно осведомилась Амалия.
– У наших псов нет блох, – обиделась я.
– И чем плоха обстановка? – засверкал очами полковник.
Я спрятала улыбку. Действительно, толстяк сначала предполагал жить отдельно от всех, жаловался, что в особняке шумно, а у него напряженная умственная работа. И на самом деле он поехал со мной в мебельный магазин, показал пальцем на первые попавшиеся предметы и заявил:
– Берем.