– Вероника, владелица школы, возможно, находится под воздействием препаратов. Когда я беседовала с ней, создалось впечатление, что я пинаю кусок ваты, никакой живой реакции, – сказала я, – и Эмма, с которой мы в холле школы встретились, уверена, что ее матери давали растительный галлюциноген Бурманджи. Что там у них творится?
– Так и я не понял, с какой целью Гайкин «учится», – повысил голос Александр Михайлович. – Не умеешь докладывать!
Я посмотрела на Сеню, пусть он говорит, мной полковник всегда недоволен.
Собачкин продолжил:
– На ресепшен школы можно купить составляющие для духов. Ученик оставляет заявку, ему подбирают необходимое. Дерут при этом бессовестные деньги. Марфа следит за тем, чтобы в лаборатории были полные склянки. Она знает, какое примерно количество расходного материала в неделю уходит. И вдруг! Бац! Только Матвеева наполнила пузырьки, они мигом стали пустыми. Ну и что ей в голову пришло?
– Кто-то их тырит, – пропел Кузя.
Сеня вынул из кармана пачку бумажных платков.
– Марфа попросила своего любовника изобразить ученика и проследить за тетками. Хотела знать, кто из них ворюга. Нечистая на руку баба явно из тайной группы, потому что только на занятиях богатых учениц пропадали разные растворы. В группе всего пять человек, они занимаются более полугода вместе. А по документам просто посещают обычные занятия. Про них мы уже вскользь говорили. А теперь подробнее. Кузя!
Компьютерщик уставился в ноутбук.
– Зинаида Львовна Комарова. Не стану объяснять, кто она.
– Гайкин здоровый, не старый человек, но его после занятий иногда шатало, словно он спиртного хлебнул, – добавила я, – и дамы порой выглядели как пьяные. Марфа велела любовнику непременно вычислить «несуна». Гайкин нашел нечистого на руку человека. Но Марфе о нем не сообщил, соврал, что пока не разобрался. Угадай с трех раз, кто вор?
– Зинаида Львовна! – гаркнул толстяк.