Отчаянно хотелось знать, он всегда переодевается только перед зрителям в лице обалдевших медсестёр и пациентов?
А где же шест и эротичная музыка для полного счастья?
Больница заработала бы сотни миллионов долларов, если бы этот врач таким образом проводил реанимационные действия или отправлял в глубокий шок для предстоящей операции.
А что старая добрая анестезия была уже не в моде?
Кажется, судя по тому, что сегодняшним представлением была впечатлена даже Рози, вывод напрашивался сам.
Казалось, что ещё немного и мы чисто по девически пустились бы в бурное обсуждение увиденного, если бы не подскочили синхронно от резкого голоса доктора Ричардсона, который опять взялся словно из неоткуда:
- Рози, вы закончили?
Он вообще человек?
Или проникает в помещения как приведение?
Потому что мы не слышали его шагов или звука открывающей двери за этой ширмой, заболтавшись по душам.
Когда голова доктора Ричарда появилась из-за ширмы, я взвизгнула, судорожно обхватив обнаженную грудь здоровой рукой, поскольку клочки от моей майки теперь валялись где-то под ногами Рози на стерильном полу предоперационной.
Лицо доктора Ричарда стало непроницаемым и холодным. Но его синие глаза снова резко потемнели, словно в безоблачном синем небе появилась целая рать грозовых туч, затянувших небосвод темными облаками, сквозь которые били молнии, когда он смерил меня долгим взглядом, задержавшись на руке, обхватывающей вздымающуюся грудь.
Я хотела зашипеть на него, мол, как вы смеете, но не смогла выдавить не единого писка, судорожно вдыхая воздух и глядя в эти грозовые глаза, уничтожающие мою волю.
- Поторопитесь, - наконец буркнул доктор Ричард, и его лицо исчезло за ширмой, когда мужчина прошагал мимо нас темным силуэтом в сторону другой двери, отрывисто добавив, - Рози, подготовь операционную и можешь быть свободна.
Глава 7.
Я что останусь с этим маньяком одна?!
Но её глаза выражали неясное сомнение, когда она, слегка нахмурившись, выглянула из-за ширмы, в ту сторону, куда прошагали крепкие длинные ноги доктора Рича:
- Но кто будет ассистировать вам, доктор Ричардсон?
- Никто не будет, Рози.