Это вам не костюм из двадцать первого века, который повесил на плечики, так и висит он себе, а когда понадобился — схватил, надел, и гладить не надо. Кто бы догадался в здешние натуральные ткани чуток полиэстера или еще чего-то искусственного добавить.
Отпаривать брюки и пиджаки мне давно не приходилось. Но вспомню, ничего сложного нет.
Впрочем, костюм мне гладить Нюшка не позволила. Дескать — не барское это дело, к тому же, утюг, он вовсе и не тяжелый, а глажка — это ее прямая обязанность. И деньги за испорченные штаны она отдаст.
Все погладили, побрились, порезы на морде хозяина заклеили. Кухарка уже приступила к нарезке овощей для обеда. А вот теперь у меня точно пост, и отмазки никакой нет. Подождав, пока девчонка не закончит, спросил:
— Аня, а ты Платона Демина знаешь?
— Не-ка, — помотала головой юная прислуга.
Действительно, откуда ей знать всех торговцев?
— Торговец, масло у мужиков скупает. У него еще сестра вдовая имеется, — начал объяснять я.
— А, так это Никодимыч, коли сестра у него вдовая, — сразу же вспомнила Нюшка. — Его по имени-то никто не зовет. Масло мы ему раза два сдавали, но он из-за каждой копейки торгуется, а его сестрица — та удавиться готова за грош. Сестру Варварой зовут.
— Ты про эту Варвару что-нибудь знаешь? — осторожно поинтересовался я.
— А вам зачем? — сразу же насторожилась Нюшка.
— Анна, если начнешь мне дурацкие вопросы задавать, я на тебя точно рассержусь.
Нюшка хмыкнула. Она уже усвоила, что если ее называют Анной, но, без отчества, значит, хозяин и на самом деле собирается рассердиться.
— Я про тетку Варвару только всего и знаю, что вдовая она и брату помогает, вот и все. Вроде, свой дом у нее. Могу поузнавать, — пообещала девчонка.
Оказывается, хоть что-то в этом городе есть, о чем не знает юная кухарка. Значит, будет возможность расширить знания.
— Вот и поузнавай. Мне о ней информация нужна. Что она за человек, как себя ведет. Если какая-то сплетня есть — тоже неплохо. Слухи какие-нибудь есть.