Положим, когда я затевала этот маскарад, я и предположить не могла, чем все обернется. Но ведь и в самом деле, образ сыщика Вилкинса стал моей защитой.
Правда, кто и зачем попытался отравить самого Вилкинса, мы тоже не знаем… но это-то произошло только сегодня!
Рэмвилл вздохнул, неодобрительно качнув головой.
– Что ж… доброй ночи!"
"– Доброй ночи! – кивнув, я торопливо закрыла дверь, заперла ее и заложила засовом. Ну вот… уверена, сюда и без ночных патрулей никто не войдет!
Задумавшись, я едва не прошла мимо Нэн, хлопотавшей в кухонном закутке за конторой, однако все же замедлила шаг и поздоровалась.
По черной лестнице поднималась, снова погрузившись в свои мысли. И только у двери своей спальни опять невольно остановилась. Потому что одновременно в другом конце коридора появился Рэмвилл.
Ох, уж лучше бы позвала с собой – встретиться снова в коридоре, уже попрощавшись, еще более неловко!
А еще я невольно вспомнила тот раз, когда мы в прошлый раз вот так встретились – и из одежды на мне была только простыня.
И хуже всего то, что Рэмвилл, похоже, тоже вспомнил именно этот момент! Иначе сложно объяснить его следующую реплику:
– А без усов вам значительно лучше… и длинные волосы вам идут.
Учитывая, что сейчас усы на мне были, вариантов не оставалось.
Вот поэтому куда лучше быть юношей, чем девушкой: никаких нелепых двусмысленностей и неловкостей!
Надо было срочно нырять в свою спальню – пока Рэмвиллу в его внезапном стремлении меня охранять не пришло в голову проверить надежность окна в моей комнате.
Как раз когда я об этом подумала, под ногами полицейского прошмыгнул и пробежал ко мне мой кот. Пес рядом с Рэмвиллом не тронулся с места, однако клацнул зубами над самым хвостом Мурса и оглушительно рявкнул ему вслед. Одновременно с этим от черной лестницы многозначительно кашлянула Нэн.
Вздрогнув, я подскочила на месте, как ужаленная.
– Доброй ночи! – я поспешно заскочила в свою спальню и захлопнула дверь.
Но тут же снова ее приоткрыла.
– И скажите вашему чудовищу, чтобы не смел обижать ниссарда Муркинса!
Так и не тронувшийся с места Рэмвилл ошарашенно моргнул.
– Чудовищу? – негромко пробормотал он.