Прости… Но я рад, что ты выбрала меня Каролина. Я не думал, что у меня когда-нибудь снова появится возможность быть с женщиной.
Замечая проскочившую в его глазах досаду, я нахмурилась.
— Почему они уходили? Я не понимаю, как этому могла помешать магия или замок. Ты ведь сам сказал что магия женщине не навредит, а с местом жительства, уверена, вы бы что-нибудь решили…
— Дело во мне самом, Кара, — вздохнул мужчина.
Мне понравилось, как он сократил моё имя. Это… словно выводило его доверие ко мне на новый уровень.
— Я уже говорил тебе, что слишком… своеволен и груб. Ты теперь знаешь это не понаслышке, — хмыкнул он. — Ксавийки думали, что мои отличия всего-лишь внесут немного разнообразия. Но я слишком другой. Всё заканчивалось, едва начавшись. Ты не представляешь, как тяжело было удержаться, когда они, раздразнив меня, снова уходили. Они прерывали наши ласки ещё до проникновения, лишь из-за моей несдержанности. Я даже прикасался не так. У этого не было будущего… — на его исказившемся в гримасе лице проскользила горечь.
Отчего-то его глубоко уязвленная гордость неприятно зацепила и меня. Он был таким одиноким и… раненным. Он всего-лишь хотел тоже иметь семью и свою женщину, а получал унизительные презрение и неприязнь.
Представила себе на секунду, как бы почувствовала себя, получив жесткий отказ в самый искренний откровенный момент, и невольно поморщилась. Я бы трахнула и задушила. Это ведь было не просто чертово поддразнивание, а настоящее издевательство. Неужели нельзя было поинтересоваться о нём у другой женщины, которая уже пыталась построить с графом отношения, прежде чем идти к нему? Что за игры?
Мужчина снова напрягся, пребывая в глубокой задумчивости.
"Мне вдруг пришла идея снова пошалить и я лукаво сощурила глаза, настойчиво упираясь ладонями ему в грудь.
— Ляг на спину, — попросила, придавая голосу интригующих ноток.
Рагнар удивился и на какое-то мгновение заколебался, но послушно перевернулся.
Я мгновенно забралась на него сверху, вместо бедер оседлав колени.
Соблазнительно изгибая спину и хищно сверкнув глазами, я хитро покосилась на его лицо. Обмякший член дернулся, снова стремительно твердея. Граф, распознав мой настрой, гулко сглотнул.
— Что ты делаешь? — понижая голос, тихо пробормотал он.
— Тебе понравится, — пообещала, легонько скользнув подушечкой пальца по всей длине.