Тяжело дыша, мужчина смотрел на меня с такой нежностью и обожанием, что я впервые в этом мире смутилась и забегала глазами.
— Что? — пробормотала, надувая покрасневшие щеки."
"— Ты моё сердце, Каролина, — хрипло прошептал граф, прикасаясь холодными пальцами к горячей побагровевшей коже лица.
Ещё сильнее смущаясь, тихо ахнула, когда вторая его рука вдруг обернулась вокруг моей талии и опрокинула на себя. Распластавшись на его обнаженном теле, почувствовала зажатую между животами твердую плоть.
— Снова будем стрелять? — переключая настрой, игриво сощурила глаза.
— Я бы стрелял каждый день, — глухо пробормотал маг, облизывая меня потемневшим взглядом.
— Ну, можно попробовать, — подмигнув, уперла руки в землю по бокам от его головы и приподнялась.
Подрагивающая налитая плоть скользнула по горячим складочкам, медленно проникая внутрь.
Я всегда была темпераментной девушкой, но в Ксавии словно помешалась. Мне хватало всего одного прикосновения и взгляда на жаждущего близости мужчину, и я готова.
Так сладко они возбуждались, так сладко желали моих прикосновений…
Граф тихо простонал, впиваясь пальцами в мягкую кожу моих бедер.
Скользнув ноготками по встопорщенным соскам мага, приподнялась и снова опустилась.
Неприкрытое обожание Сайгона доводило меня до грани.
Шире раздвигая ноги, отчего паховые мышцы содрогнулись от ещё одной сладкой вспышки возбуждения, оперла наши сцепленные ладони о землю по бокам и ускорилась.
Покачивающихся грудей внезапно коснулись чужие холодные ладони.
От неожиданности подскочила и, разъединяя наши с ледяным графом пальцы, ошалело оглянулась.
— Развлекаетесь? — хрипло шепнул мне на ухо знакомый бархатный голос.
Облегченно выдыхая от осознания, что никакой чужак в такой интимный и откровенный момент не вторгся на нашу территорию, хмыкнула. А затем напряглась, опасливо заглядывая в тёмные глаза Рагнара.
В них не было ни намека на ревность или злость. Лишь голод и чистая примитивная похоть.
— О чём думаешь, сладкая? — мгновенно замечая мои метания, мужчина прикоснулся рукой в чёрной кожаной перчатке к пылающей от жара возбуждения щеки.