— Что это за растение? — поинтересовалась, с любопытством наблюдая за тем, как, наедаясь, существа один за другим сыто падают на спины.
Они умиротворенно раскачивались, играя и лениво вертя хвостами. Как большие зеленые коты.
От оставшихся желтых бутонов исходило странное зеленое свечение, подобное тому, что оплетало мою ладонь. Когда я её наконец оторвала от крупного жесткого носа тираннозавра, оно исчезло.
Тархаз медленно от меня отошел и, боднув головой раскинувшихся на траве малышей, занялся и своей трапезой.
— Лайра… — тихо протянул воин, опуская оружие. — Довольно бесполезная дрянь. Растет только в Багдурском лесу.
— Скажи, а когда-то бывали случаи, что звери нападали с других сторон империи? Не отсюда?
На мгновение мужчина задумался и переглянулся с остальными.
— Нет… Не бывали… — ответил другой воин, хмурясь.
— А за границей растет эта самая лайра?
— Не уверен, но не видел.
По мере нашего разговора, оружие опускали и остальные.
— Когда-нибудь звери убивали кого-то первые? До того, как вы, как дикари, бросались на них? — хмыкая, сощурила глаза.
— Не могу сказать точно… — смущенно почесал затылок светловолосый, что только что стянул шлем.
Я перевела взгляд на опасливо приблизившуюся к нам Элеонору.
— Я думаю, им нужны не ксавийцы, а то, что может дать им лишь Багдурский лес. Построив Аллирию, вы отрезали им путь к главному лакомству. Вот вам и причина агрессии.
Императрица задумчиво осмотрела тархазов. Крупнейший из них снова приблизился ко мне и игриво завалился на спину.
— Магия… — прошептала женщина, пораженно выдыхая. — Немыслимо. Но… как?
Из глубин Багдурского леса внезапно выбежали мои всклокоченные мужья. Завидев рядом со мной зверя, они побледнели и вскинули оружие. Но когда присмотрелись получше, замечая расслабленное состояние воинов, императрицы и мою сияющую руку, округлили глаза.
— На моей родине есть одно интересное выражение «любовь окрыляет».
Я не знала ответ на вертящийся в головах у всех присутствующих вопрос, но в своих словах была уверена. Лишь когда всё в моей иномирской жизни встало на свои места, внутри меня появилось это легкое трепетное чувство, из которого родилась странная неизведанная сила.
И что с ней делать, я уже знала.
— Позвольте оставить их здесь и понаблюдать. Мы не можем вечно жить в страхе. Мир возможен — вы сами это видите.