Как там обстоят дела на самом деле, знает лишь сам Государь. А у него, по понятным причинам, не спросишь.
– Но ты, похоже, знаешь чуть больше, чем говоришь, – неожиданно заявил боярин, который не переставал следить за выражением моего лица. А я, задумавшись, совсем его не контролировал. – Верно?
В ответ я лишь неопределенно пожал плечами. Делиться с ним своими выводами совсем не хотелось. Тем более не хотелось говорить абсолютно всю правду.
– Не скажешь, значит… – задумчиво протянул Дёмин, а затем неожиданно улыбнулся.
– Со своими… кем?! – поперхнулся я от неожиданности.
– А что ты так удивляешься? – изобразил непонимание Иван Васильевич. – Иль ты детей заводить не будешь?"
"– Ну-у, – промычал я нечто невразумительное. – Заводить, может, и собираюсь. Но не сейчас же! Я сам ещё в гимназии учусь!
– И что? – удивлённо приподнял брови боярин.
– Да нет никаких проблем! Но какие дети, боярин?! Кто их так рано заводит?!
– Дети рано не бывают! – отрезал он. – Поздно – это да. А рано… Придумаешь тоже! Вот я был бы не против, заделай вы с Василисой ребятенка прямо сейчас. Да и вам не сложно. Живете под одной крышей…
– Ну ты Иван Васильевич и приколист… – пораженно протянул я, неожиданно перейдя в разговоре с боярином на «ты».
– Прико…кто? – непонимающе переспросил боярин.
– Шутник, – поправился я.
– А-а, шутник. Это молодежь сейчас так говорит? Приколист.
– То есть как это – не шутишь? Ты серьёзно хочешь, чтобы я с Василисой…? Но ведь она сестра!
– Да что ты как маленький! – нахмурился Дёмин. – Какая она тебе, к тёмным богам, сестра? Да и будь это так, то не страшно. Ради дела можно.
– Какого ещё дела?! – чуть ли не завопил я, абсолютно не понимая, к чему клонит боярин. Что-то как-то вообще не в ту степь разговор свернул.