Грех Захарова

А я не хочу терять Тимура. Не хочу, нет. Я не имею права угробить чью-то жизнь. Не имею.

– Ты как? – шмыгнув носом, сестра опускается на колени рядом со мной. – Давай помогу подняться, родная. Не отвечай ему, пожалуйста. Он как собака бешеная. Ты же знаешь его. Не провоцируй.

– Да пошел он! – назло говорю как можно громче, чтобы Матвей услышал. Не боюсь я его. Пусть бьет сколько хочет, оскорбляет, но я никогда не соглашусь выйти замуж за мужика, которого выбрал этот кретин. – Кто-то мечтает о старшем брате.

У нас он есть, но скотина редкостная. Родных сестер продает, – невесело усмехаюсь, поднимаясь на ноги. Голова болит невыносимо. Врезалась сильно, черт возьми. – Дай бог, чтобы тебя тоже однажды продали!

Что-то прорычав в трубку, брат вырубает мобильник и прячет его в карман. Надвигается на меня, но Маша делает шаг вперед, прикрывая тем самым меня.

– Не надо, Маш, – подаюсь вперед, гордо вздергивая подбородок. – Ты обещал отцу… Обещал присматривать за нами, заботиться. Но ты забил на свои же слова и снова наступаешь на те же грабли, Матвей.

Чего ты хочешь? Ты же в один прекрасный день сдохнешь, и никто за тобой не придет. Мы будем только радоваться! Когда ты начнешь поступать как брат, а не как продажная скотина? Ты сообразить хотя бы можешь, что МЫ ТЕБЕ РОДНЫЕ?! – кручу указательным пальцем у виска, выговаривая последние слова намного громче и по слогам. – Не-а. Не можешь, – качнув головой, убираю прядь с лица.

Он терпеливо слушает каждое мое слово. Не сказав ни слова, достает из кармана звонящий мобильник и всматривается в экран.

Уголок верхней губы дергается вместе с кадыком – Матвей шумно сглатывает.

– Это он?! – то ли утверждает, то ли вопрос задает, не могу понять.

Тычет в дисплей, поворачивая телефон в мою сторону. Увидев безумно любимое лицо, впиваюсь ногтями в ладони до такой степени, что еле сдерживаю слезы. Твари! Значит, уже узнали, с кем я встречаюсь, с кем у меня отношения. Как же ты решишь этот вопрос, Матвей? Убьешь его? Да только хрен у тебя получится!

– Кто он? – удается сказать твердо.

 – Ему меня продал, да? Родную сестру продал! Ему?!

Матвей внимательно всматривается в мое лицо. Не верит он мне. От слова совсем. Но мне нужно его убедить!

– Глупая, Мира. Слишком глупая. Ты что, думала сможешь меня вокруг пальца обвести? – ведет подбородком в сторону. – Ты же прекрасно знаешь, что я способен на все. Хахаля нашла, значит, все? – хлопает в ладони. Это у него привычка такая дурацкая.