– Ты теперь меня везде преследовать будешь, да? Мне от тебя не избавиться? Никак?
И снова тишина. Перед тем как ответить, Захаров сглатывает."
"– Нет, не буду преследовать. Но и отказываться от тебя не собираюсь. И от ребенка своего тоже. Можешь считать меня последним кретином, но малыш должен родиться в браке, Мирослава.
– Боже, – из горла вырывается смех. Скорее нервный и раздраженный. – Ты таким образом мне предложение руки и сердца делаешь?
Тимур тяжело вздыхает, потирает ладонью заросший щетиной подбородок, затем лицо.
Мне не до шуток. От слова совсем. Но сейчас хочется язвить, выплеснуть всю отрицательную энергию из себя. Наверное, детский поступок. Не отрицаю.
– Знаешь, Тимур. Когда-то мы сидели с тобой вот так напротив друг друга. В ресторане. Я буквально летала от счастья, когда ты меня на свидание звал. И… Знаешь, о чем я тогда мечтала, разглядывая исподтишка тебя? – откидываюсь на спинку стула и пробегаю по его лицу мимолетным взглядом.
Интересно, почему я в него влюбилась с первого взгляда? Ну да, красивый. Со спортивным телосложением. Широкие плечи и мощный торс. Но больше всего я тогда думала о другом. Скорее вытащить себя из того дерьма, в котором жила. И самоуверенность, сила Тимура давали мне повод верить в него. Я считала его своим спасением.
– О чем? – глухо спрашивает он.
Меня поражает его спокойствие. Куда делся тот полный ненависти Захаров? Куда делся тот, который одним взглядом готов был убить меня?
– Чтобы ты меня спас от брата.
Полные губы мужчины подмижаются, превращаясь в две тонкие полоски. А в ладони Захаров сжимает карандаш, который вертит в руке с того момента, как сел за стол.
Ответить на мои вопросы Тимур не успевает, поскольку слышится трель телефонного звонка. Захаров достает мобильник из кармана, всматривается в экран. Потом поднимает на меня взгляд.