Хочется реветь от безысходности и боли, которая разрывает грудную клетку. Однако слезы застревают в горле, словно ком. Задыхаюсь…
Машка стучит в дверь, однако у меня нет сил подняться с пола. Не могу оторвать взгляда от черной точки на стене. Что дальше? Что, черт возьми, будет дальше?
– Мира… Сестренка, – она плачет. Трогает мое лицо ладонями, заправляет прядь за ухо и льет слезы. – Все будет хорошо. Я уверена. Поднимись, милая. Выйдем. Тебе свежий воздух нужен.
– Поехали отсюда, – заявляю я, заглядывая в синие глаза сестры.
– Хорошо, – кивает несколько раз. – Обязательно. Что-нибудь придумаем. А сейчас поднимись, нам нужно выйти.
На улице жарко. Меня снова тянет домой, под одеяло. Спрятаться от всех. Лицо только-только зажило, а теперь в старые раны будто снова воткнули кинжал. Роют, подсыпают соль. Не понимаю, когда я успела настолько сильно нагрешить, что сейчас за те самые грехи расплачиваюсь.
– Смотри.
Машка показывает мне несколько мобильников, я же словно в бреду киваю. Мои мысли далеки от реальности. Даже представить не могу, что меня ждет дальше. Неужели эта черная полоса постоянно будет преследовать нас?
– Держи, – протягивает мне синий телефон. Кручу его в руке и не сразу понимаю Машу. – Он твой. Поздравляю с новинкой, – подмигивает. – А теперь в парк.
– Я домой хочу, – смотрю на сестру умоляющим взглядом.
– Обязательно. Но сначала немножко погуляем. И поговорим.
Дети бегают туда-сюда. Слежу за девочкой, сидящей на качелях, которая упорно отталкивает от себя мальчишку. Невольно улыбаюсь. Неужели у меня тоже будут такие детишки? После разочарования в Тимуре я думала, что вряд ли когда-нибудь стану матерью. Но судьба сделала мне неожиданный сюрприз…
Машка отходит в сторону. Ей кто-то позвонил. Через несколько минут возвращается, но выглядит как-то странно. Взволнованно и встревоженно.
– Что-то случилось?
– Нет, – улыбается. Но я не дура и сразу могу понять, что улыбка эта натянутая.
– Маш, – встаю с лавочки. – Ты меня пугаешь. Что стряслось?
– Я… Мне кажется…
– Не тяни, Маша! – злюсь не на шутку.
– Очень жарко. Пойдем отсюда. Дома поговорим. Объясню все.
Сестра то и дело смотрит по сторонам. Слежу за ее взглядом, но ничего странного не замечаю. Ни черта не понимаю. Уже во дворе она останавливается. Берет меня за руку и тянет к подъезду более широкими шагами.