Не оглядываюсь. Не знаю, что чувствую, но хочу лишь одного: скорее отдалиться отсюда. От Захарова.
Машу рукой первому попавшемуся такси. Оно останавливается в полуметре от меня.
– Жмите на газ. Пожалуйста, – кричу. – Пожалуйста!
– Что-то случилось?
– У меня… Мама больна! Я должна успеть! – бормочу первое, что приходит в голову.
Мужчина недоверчиво таращится на меня. А через секунду автомобиль дергается с места. Далеко уехать не получается – мы застреваем в пробке. Я выпрыгиваю на улицу и снова бегу. Денег у меня нет, чтобы расплатиться.
Телефон остался у Захарова. Черт возьми! Даже позвонить никому не могу. Да, нужно остановиться и у кого-нибудь попросить его, связаться с Машей. Спросить, где она. Предупредить, что я исчезну на время. Но куда я уйду? У меня никого нет. И денег тоже! Только тоненький браслет на запястье – подарок отца. Который я ни в коем случае не хочу терять…
Не знаю, где я, как оказываюсь во дворе заброшенного старого здания.
Зачем я сюда пришла?
– Мира! – мужской рык доносится откуда-то снизу.
Это Захаров. Черт бы его побрал! Ну оставь ты меня в покое… Пожалуйста… Я не отдам тебе малыша, нет. Не позволю от него избавиться.
Сил больше нет подниматься. Останавливаюсь, кажется, на шестом этаже. Вжимаюсь спиной в стену, сползаю по ней и падаю на пятую точку. Обхватив колени руками, утыкаюсь в них носом. Господи, помоги…
– Мира! – очередной крик.
Перед глазами темнеет. Я зажмуриваюсь, закрываю уши ладонями. Слышать его не хочу!
– Уходи, пожалуйста… – шепчу словно в бреду.
– Ух ты! Какая красотка сюда пожаловала… – чувствую хватку на волосах. Кто-то сильно сжимает их и тянет вверх, заставляя меня подняться.
– Отпустите! – выходит настолько жалко… – Кто вы? Чего хотите?
Мужчина лет тридцати. От него ужасно воняет потом. К горлу подкатывает тошнота. Тяжело сглотнув, смотрю в его глаза. В упор. Очень знакомым кажется он мне… Будто раньше где-то видела…
– Отпустите!
– Не-а.
– Отпусти, придурок! – кричу. – Я сказала, отпусти меня.
Как-то машинально взмахиваю рукой, кажется, врезаю кулаком ему в горло. Он меня отпускает настолько резко, что я не успеваю отреагировать и снова падаю на бетон попой.
– Сучка! – шипит.