Если не сам лорд Ричард сделал это, так смотритель по указке этих толстозадых купцов, которые подмазались к нему, засыпав льстивыми словами, чтобы получить от него то, что им захочется, или чтобы извести того, кто им не нравится. Любой житель Ворхерста может подтвердить, что все до единого сказанные мной слова — правда!
— Если все это действительно правда, то почему вы никогда не обращались в суд графства в поисках справедливости?
— Выступать против лорда, в стенах замка которого все еще находятся наши семьи, вынужденные подчиняться любой его прихоти?!
Ранульф лишь что-то пробурчал в ответ.
— Вы же не виллан, тогда что вы делали в Ворхерсте?
— Я был секретарем лорда Ричарда, — с отвращением ответил разбойник. — Даже то, что я прекрасно знал обо всех его махинациях и дурных способах наживы, не помешало ему избавиться от меня.
Бровь Ранульфа поползла вверх.
— Дурных способах наживы?! Уж не имеете ли вы в виду кражи овец и стада скота?
— Именно, как и многое другое.
— Кражи овец и скота, принадлежащих Клайдону?!
— Я не знаю, откуда прибывал товар, знаю только, что его переправляли на север для продажи.
— Скажите мне кое-что еще, — потребовал Ранульф. — Почему никто из жителей Клайдона не подозревал о жестокостях этого барона, хотя они настолько близкие соседи?
— Ас чего бы это им в чем бы то ни было подозревать его? Ста леди не часто испытывала необходимость посещать рынки Ворхерста, ибо ее купцы из Беркенхейма снабжают ее всем необходимым, а где бы она еще могла услышать жалобы на него? Однако лорд Ричард часто наведывался в Клайдон, а он воистину становится совсем другим человеком, когда покидает свое маленькое королевство, он может одурачить любого, кто не знает его истинного лица, заставляя поверить в то, что он добродетелен, как сам ангел.
— Мне не нужно встречаться с ним, чтобы подвергнуть сомнению ваши слова, сэр.