И только сердце знает

Рейна повернулась к двоим мужчинам, все еще стоявшим возле камина. Они закончили свой разговор, однако Рейна не смогла бы сказать, как много слышали они из ее разговора с Ранульфом. Однако Ричард показался ей более чем неспокойным, более чем.

Он был где-то на полфута ниже ростом, чем его отец, вьющиеся каштановые волосы и зеленые глаза, всегда такие же веселые, как и глаза Серла, однако на этот раз в них не было заметно и следа юмора. Хью оказался прав: его сын абсолютно не был похож на него. И это было вполне в порядке вещей, а что действительно казалось просто невероятным, так это потрясающее сходство Ранульфа и самого Хью, и Ричард не мог в нем сомневаться.

Он не раз говорил ей, что у него есть кузины и кузены со стороны отца, которых он ни разу в жизни не видел. Если он принял Ранульфа за одного из них, то Рейне несложно было понять его изумление теперь, когда он услышал, что они были братьями. Но даже если он и не слышал этого, то подозрения не заставят себя ждать.

— Ну что ж, лорд Хью, ваш отец сделал все, чтобы скрыть существование Ранульфа от его родственников, теперь ваша очередь — и вы должны положить конец всякой таинственности.

Вы сами собираетесь представить братьев или мне это сделать?

Возможно, Ричард и подозревал кое-что, но когда вместо неопределенности появилась уверенность, он предпочел опуститься на стул. Хью свирепо посмотрел на Рейну, однако она просто проигнорировала его, как, впрочем, и Ранульфа, также рассердившегося на нее за то, что разоблачение по ее вине было столь неожиданным и шокирующим.

Более ее интересовала реакция Ричарда, и она заметила, что это было не просто удивление, но ничем не прикрытое беспокойство. Интересно, с чего бы это ему так нервничать?! Он ведь являлся наследником состояния отца, именно его имя было указано в завещании. Или он подумал, что теперь все может измениться? Возможно, если бы он догадался, что его отец и сам только что узнал о существовании Ранульфа.

— Ты на самом деле ничего не знал, не так ли, Ричард? — мягко спросила она, с опозданием вспомнив, что этот мужчина всегда был ее другом.

— Нет, — ответил он и взглянул на отца. — А ты?

— Уже много лет, — кивнул Хью.

— И тебе ни разу не пришло в голову рассказать мне об этом? Неужели ты не думал, что мне, может статься, было бы очень интересно узнать, что у тебя есть еще один незаконнорожденный сын, старше меня?"

"Он проговорил это чудовищное обвинение тоном, так не похожим на обычный нежный его голосок, что Рейна оцепенела.