И если ты захочешь сделать хоть один ненужный выпад, то мой брат пристрелит тебя как надоевшего щенка.
– Я не смогу тут сидеть, у меня больше нет сил.
– Ничего, потерпишь.
– Неужели ты никогда не сможешь меня простить?!
– Сомневаюсь, что когда-нибудь смогу ответить на этот вопрос так, как тебе хочется. А теперь к делу. Повторяю еще раз. Мне необходимо пробраться в дом твоего шефа. Пораскинь мозгами и скажи, как это лучше сделать.
Я принесла Виктору телефон и постучала по нему пальцами:
– Ну, давай, дорогой. Немного пофантазируй.
– Ты не ведаешь, что творишь! Я боюсь за тебя, как представлю, что может случиться, сердце останавливается…
– Не умрешь. Такие, как ты, не умирают.
– Ты по-прежнему не хочешь мне верить…
– Звони, – глухо сказала я и придвинула телефон как можно ближе.
Виктор тяжело вздохнул и набрал номер. Тоскливо глядя на меня, он заговорил в трубку:"
"– Игорь Николаевич, здравствуйте, это Виктор. Женя лежит с температурой. Я думаю, что еще несколько дней – и ей будет лучше. Я нахожусь рядом и строго контролирую ситуацию.
Услышав последнюю фразу, я усмехнулась.
– Игорь Николаевич, я звоню вам по одному очень деликатному делу. У меня к вам небольшая просьба. Дело в том, что ко мне приехала двоюродная сестра. Она родом из Костромы. Очень скромная, приятная, вежливая девушка. В общем, она приехала поступать в институт, да не добрала баллов. Сами знаете, какое сейчас время. Учеба нынче платная, а на бесплатном – настоящее столпотворение. Будет теперь на следующий год поступать.
Он замолчал и нахмурился, внимательно слушая своего босса.
– Даже не знаю, как вас благодарить. Огромное спасибо. Она скоро подъедет. – Сказав это, Виктор положил трубку и, почти задыхаясь, сказал:
– Налей виски.
Сделав несколько глотков, Виктор пристально посмотрел на пистолет, потом перевел взгляд на мои ноги и допил виски.
– Игорь Николаевич ждет тебя в своем загородном доме ровно через три часа. Записывай адрес.
Достав из шкафа листок и карандаш, я записала адрес, сложила листок и сунула себе в карман.
– Вот видишь, все получилось, – потрепала я Виктора по щеке. – В тебе погиб великий актер. У тебя сумасшедший талант пудрить мозги.