– Ты что из меня дурака лепишь?! Только дурак будет ходить с газовой пушкой! Этот газовый пистолет переделан на боевой. Так все нормальные люди поступают. Отдаешь пушку какому-нибудь народному умельцу, он ее влет сделает так, что никто не догадается. И для ментов отмазка нормальная. Ну, видят – газовый и просят на него разрешение. Ты им разрешение под нос суешь, и никаких проблем.
Подойдя к тому месту, где мог находиться лодочник, мы спрятались за развесистым дубом и затаили дыхание. Кроме завывающего ветра не было слышно ни звука.
– Тебе страшно?
– Я что, малолетний ребенок? – обиделся брат. –Я уже не в том возрасте, чтобы чего-то бояться. Ладно, нет смысла ждать. Черт знает, когда он может выйти из сторожки. Так можно до утра просидеть, а нам Светку найти нужно.
Я вцепилась в Роберта мертвой хваткой:
– Я же не чокнутая тут одна сидеть. Я с тобой. Я буду вести себя тихо, ты даже меня не заметишь.
– Нет, – оттолкнул меня Роберт, но я вновь повисла у него на плече.
– Если ты меня с собой не возьмешь, я закричу на весь лес так громко, что у тебя барабанные перепонки лопнут. Лучше возьми меня по-хорошему, а то придется взять по-плохому.
Роберт усмехнулся:
– Ладно, пошли. Только смотри, ни звука. Не знаешь, тут собаки есть?
– Не знаю.
– Только бы этих тварей не было, а то они нам все дело попортят. Обычно у каждого лодочника есть собака.
– А вдруг сейчас выскочит какой-нибудь злобный ротвейлер и покусает нас до смерти?
– Лодочники обычно держат овчарок. Они не так привередливы и прихотливы, как ротвейлеры.
Пробравшись к сторожке, мы не услышали собачьего лая и облегченно вздохнули.
То, что мы увидели, просто не поддается описанию. За большим столом, сколоченным из каких-то досок, прямо на полу лежал лодочник. Его глаза были широко открыты и смотрели куда-то вдаль. Грудь в крови, а толстые мясистые пальцы на здоровенных руках приняли желтовато-синюшный оттенок. Я вскрикнула и прижалась к брату.