Я собиралась оставить тебе скромное земное богатство во имя укрепления Царствия Божьего твоими трудами, но если это неосуществимо, поскольку круг твоих обязанностей ограничен мирскими делами, и вдобавок, осмелюсь сказать, ты умышленно ввел меня в заблуждение, я намерена завещать деньги одной благотворительной организации, чью деятельность высоко ценю."
"Молюсь, чтобы обвинение оказалось ложным и ты смог бы легко опровергнуть его. В этом случае я твердо решила подать в суд на клеветника. Если же слухи подтвердятся, мне больно это говорить, но тогда наши пути расходятся.
Я написала тебе прямо и откровенно, хоть это было для меня мучительно, – молитвы укрепили мой дух. Думаю, ты должен еще до нашей встречи узнать, что меня тревожит. Так ты будешь готов защитить себя. Если представишь убедительные объяснения, я буду на коленях молить тебя о прощении.
С волнением и надеждой жду нашей встречи.
Преданная тебе Этель Тидер».
Закончив читать, мистер Уиньярд смущенно поднял голову и посмотрел на инспектора.
– Мне понадобится копия письма, мистер Уиньярд. Вы позволите мне взять на время оригинал? Мы постараемся по возможности не разглашать его содержание.
Миссионер передал письмо инспектору, и тот вложил его в свой блокнот.
– А теперь поговорим о ваших передвижениях в день убийства, сэр. Значит, вы находились в Лондоне.
– Да, инспектор.
Литтлджон записал эти сведения в блокнот.
– Как я понял, мистер Уиньярд, похороны состоятся завтра?
– Да, в два часа на местном церковном кладбище.
– Спасибо за помощь, сэр.
Они расстались, и Литтлджон направился в «Колокол», оттуда позвонил Кромвелю, своему подчиненному в Скотленд-Ярде, и велел проверить алиби Уиньярда. Если мисс Тидер угрожала вычеркнуть Уиньярда из завещания, у него был серьезный мотив для убийства. Однако он мало походил на убийцу. Человек подобного склада скорее постарался бы умаслить свою родственницу.