Млять, это полный писец? Как с этим можно работать? — Почему у тебя целая рука?!!
— Теперь напитай меч стихией. Любой. И снова ударь.
— Но… ладно.
Взмах, свист — и моя рука падает на пол, а из обрубка брызнула кровь, которая, впрочем, сразу остановилась.
— А-а-а-а!!! Я отрубила тебе руку! Надо срочно вызывать лекаря! — завопила она.
Остальные замерли, боясь даже пошевелиться, и лишь Катя отвернулась, едва сдерживая тошноту.
— Ничего страшного, — сказал я приставил ее обратно, запустив регенерацию.
Да, мне было жутко больно, но к этой боли я уже привык и мог прятать ее где-то в глубине себя, не обращая на нее внимания.
И вот спустя минуту я уже смог шевелить пальцами, а еще через пару ничего, кроме следов крови на песке, не напоминало о произошедшем.
— Это вообще как? — осторожно дотронулась Оля до места, где раньше был разрез. — Как ты смог сделать это настолько быстро?!!
— Годы практики и тысячи потерь конечностей.
— В смысле, раздеваетесь⁈"
"— Полностью. Должна быть лишь ты, твоя магия и оружие. Все пустые мысли — в сторону. Ничто и никто не должно вас отвлекать от боя. В нем нет места стеснению, враг не спросит, выспались вы или нет, успели ли одеться и принять душ… Раздевайтесь.
— Но я… стесняюсь, — начала пятиться Катя в сторону выхода.
— Если ты сейчас сбежишь, то обратно не вернешься. Я навсегда останусь твоим любящим братом, но мужем не стану.
— Это шантаж!!!
— Нет. Сейчас мне наплевать, одеты вы или нет. Я хочу увидеть бой, идущий на моих условиях. Вы или принимаете их, или валите на все четыре стороны — иного нет.
— Хочешь посмотреть на меня голую? Да пожалуйста. Смотри не ослепни! -начала она остервенело срывать с себя одежду.
— А вам особое приглашение надо? —обратился я к остальным.
Я смотрел на них — красивых, бесконечно желанных, и внутри меня царил лед. Сейчас они меня не возбуждали.