И сейчас срубает головы врагам одному за другим.
– Все специалисты готовы приступать к своим прямым обязанностям. Мы запускаем полную модернизацию.
Кац кивает в ответ и Марк, встав, удаляется, а я остаюсь с Димитрием наедине.
Не замечаю, как бездумно вожу ложкой по тарелке с супом, блюдо с французским наименованием и невероятным ценником кажется пресным.
Официант в белоснежной сорочке с воротником-стойкой быстро ставит перед нами очередной шедевр кулинарии, откладываю ложку.
Даю понять, что есть не буду.
Рассматриваю красивую тарелку с мраморной говядиной средней прожарки.
Понимаю, что не смогу и куска проглотить.
Минуты бегут, а я все сижу, уставившись в одну точку, пока, наконец, с губ не слетает резонный вопрос:
– Вы и меня как ненужного свидетеля ликвидируете?
Замираю, наткнувшись на непроницаемый взгляд.
– Ты не притронулась к еде.
Игнорирует вопрос, бросает скупо, отправляя очередной кровавый кусок в рот и тщательно прожевывает.
Хищник. Он есть мясо с кровью.
– Я не голодна, мистер Кац.
Зеленые глаза рентгеном проходят по моему лицу.
– Не обсуждается. Ешь.
Короткий приказ и взгляд, недобрый, заставляет сжать вилку в руках, и Димитрий теряет ко мне интерес, фокусируется на своем стейке, а я, упрямо сжав зубы, все равно не подношу отрезанный кусок ко рту.
Не могу.
Димитрий открывает все больше скрытых черт своей личности. Он словно знакомит меня с собой, не таится, а дает прочувствовать всю глубину этого айсберга.
Поражает, пугает и вместе с тем внутренне понимаю, что он честен в каждом своем поступке, в каждом решении и в слове.
В раздумьях упускаю момент, когда к нам подходит мужчина. Молодой, подтянутый, с тонкими чертами лица. Он останавливается возле нашего столика и, элегантно поклонившись, начинает беседу на хорошем английском.
– Мистер Кац. Мы очень рады видеть вас в стенах нашего заведения и в знак нашей признательности я, как владелец ресторана, хотел бы презентовать вам коллекционную бутылку из списка наших лучших вин.
Димитрий направляет взгляд на радушно улыбающегося приятного мужчину и коротко бросает свое коронное:
– Нет.
Хозяин лучшего ресторана Москвы на секунду теряется от подобного ответа магната.
Интересная логика. То есть иметь меня во всех позах он планирует, а выпивка у нас под запретом?
– Димитрий Иванович, прошу простить меня за подобную смелость. Приношу свои извинения. Хотел сделать комплимент от нашего заведения.