Все, что я могу пообещать тебе, это то, что я проведу остаток своей жизни, повторяя, какая ты восхитительная, желанная женщина, до тех пор, пока наконец ты не доверишь мне защищать тебя.
– Ты уверен? – Мэгги оторвалась от крахмальной рубашки и прильнула к его лицу.
– Совершенно.– Его голос убедил бы целый мир.– Послушай меня, Мэгги. Любовь моя к тебе – это не что-то внезапно возникшее, словно гром среди ясного неба. Это чувство, которое росло годами, и началось оно еще до того, как ты сбросила вес. Мэгги, что вызвала мою любовь,– это девочка из отряда герл-скаутов, та самая, что некогда купила пятьдесят упаковок печенья и раздала их.
– В самом деле? – Мэгги смотрела на него во все глаза, в отчаянии, желая и не смея поверить ему.
– Мэгги, в конце концов, мы уже несколько лет как женаты. У нас с тобой такое духовное родство, какого достигнут лишь немногие пары. Я порвал с Моникой, когда понял, что предпочитаю беседовать с тобой, нежели отправляться в постель с ней. Когда я наконец это осознал, я был по уши в тебя влюблен.
– Так почему же ты просто не сказал мне об этом?
– Поставь себя на мое место. Я столько лет нес всякую чушь о том, что брак – это занятие для птиц, что мне трудно было, да еще у себя в офисе, взять и сделать тебе предложение.
– Я думала, что я просто одна из подружек, оказавшихся под рукой,– согласилась Мэгги.
– Спасибо,– уклончиво сказал Джеймс.– Ты в самом деле думала, что за восемь месяцев я не сумею найти женщину?
– Может быть, я не слишком внимательно проанализировала ситуацию.