Эми могла относиться безответственно к работе, но она была проницательной, когда это требовалось, и что более важно, она не была сплетницей. Разговор о вещах должен помочь прояснить ситуацию.
– Я имею в виду то, что собираюсь отказать Фрэду; я не сошла с ума; я получила лучшую возможность.
– Что? – Эми почти вскрикнула.– Кто?
Мэгги взглянула прямо в лицо Эми и ответила с огромным удовлетворением:
– Джеймс.
– Джеймс? Наш Джеймс? Джеймс Монтгомери? Мэгги, ты не пьяная?
– Ты не очень-то веришь в мое обаяние,– сухо сказала Мэгги.
– Мэгги, брось эту проклятую упаковку и расскажи мне!
– Я не могу,– Мэгги продолжала собираться.– Джеймс будет здесь через двадцать минут.
– Ты остаешься с ним сегодня на ночь?
– Я собираюсь с ним сегодня вечером в Денвер,– поправила Мэгги.– Он хочет осмотреть предполагаемую строительную площадку.
– Это похоже на нашего Джеймса. Работа прежде всего.
– Это неправда, Эми,– встала Мэгги на его защиту.– Допустим, он наслаждается своей работой и иногда даже переусердствует в этом, но, без преувеличения, его нельзя назвать «трудоголиком».
– Я знаю,– состроила гримасу Эми.– Просто зелен виноград. Когда я впервые пришла на эту работу, я столкнулась с ним в лифте и как девчонка моргала своими голубыми глазами. Он же глубоко заглянул в них, и только я подумала, что дело сдвинулось, он сказал мне, что одна из моих накладных ресниц отклеилась. Это меня так расстроило. Такое восхитительное предчувствие мужчины и всех его очаровательных денег, а он больше ни разу даже не взглянул на меня.
– Это не важно, если он не замечал тебя,– утешила ее Мэгги.– Он никогда ни за кем не волочится на работе.
– Мне говорили. Но если это так, то почему он сделал тебе такое предложение? И почему именно сейчас? Бог мой, он знает тебя целую вечность!
– Несмотря на твое высокое мнение обо мне, мой юный друг, я пока еще не работаю следователем.
– Не обижайся. Ты знаешь, что я имею в виду. Мэгги уложила пару шерстяных брюк, прежде чем сказать:
– Сегодня утром он подслушал наш разговор.
– Ох!
– Точно. И прямо после выговора он высказал мне, что считает глупой женщину, занятую любовными интрижками...
– Джеймс Монтгомери, плейбой архитектурного мира?
– Он не развратник. И я отнеслась к этому скорее с юмором. Во всяком случае, он предложил поставить опыт, который был бы мне нужен.
– Боже мой, какая возможность! – Эми многозначительно закрыла глаза.– Ты станешь...– Она запнулась: ее поразило выражение лица Мэгги.