– Тш-ш-ш,– голос Джеймса успокаивал ее, и его сильные руки обнимали ее грудь, создавая ощущение безопасности.– Все хорошо,– шептал он,– возвращайся в сон.– И, чувствуя себя защищенной в кольце его рук, она засыпала.
7
Когда Мэгги проснулась, рассеянный серый свет лился сквозь неприкрытое занавесками окно. Ей было так тепло. Удовлетворенная улыбка тронула ее губы, и в полудреме она с интересом следила за белыми облачками пара, срывавшимися с ее губ при каждом выдохе. Было слишком холодно, чтобы вставать. Ей хотелось понежиться подольше.
Где она? Ее пристальный взгляд метнулся к другому краю кровати, чтобы упасть в нежно-голубые омуты глаз Джеймса. Воспоминания захлестнули ее, как половодье. Она – в богом забытой гостинице среди гор Колорадо. Вместе с Джеймсом.
Мэгги закрыла глаза, подбирая подходящее к случаю приветствие. Ничто не приходило на ум. Эта ситуация, определенно, не походила ни на одну из тех, что ей доводилось пережить.
Смутное воспоминание о том, как крепко он ее сжал, дразнило ее сознание, но она быстро отогнала наваждение. Ее больше беспокоило то, что происходило сейчас.
Как назло, несмотря на ее страстное желание, ситуация не менялась. Она с усилием открыла глаза и увидела, что Джеймс спокойно смотрит на нее. Его угольно-черные волосы были взъерошены со сна, и выбившаяся прядь упала на лоб. Его крепкий подбородок покрылся за ночь густой темной щетиной. Мэгги сдержала порыв податься к нему и поправить упавшую прядь. Ее могло бы побудить к этому лишь приглашение Джеймса.
Ее полный сожаления взгляд скользнул вниз – и его сверкающие глаза ослепили ее. Вымученная улыбка тронула ее губы. Это ведь на самом деле было довольно смешно. Вот она, здесь, в постели с любимым мужчиной, обеспокоена соблюдением формальностей.
– По обычаю полагается утром поприветствовать своего любимого,– наставительно сказал Джеймс.
– Привет? – нерешительно предложила она.
– Доброе утро.