– Ты должна посмотреть ему в лицо, и чем дольше ты откладываешь, тем труднее будет это сделать. Поди и взгляни». Зная, что она была права, Мэгги глубоко вздохнула, провела увлажнившейся ладонью по вельветовым брюкам и вошла в комнату.
Она больше не замечала студентов колледжа. Все ее внимание сосредоточилось на Джеймсе, и все ее усилия были направлены на то, чтобы казаться владеющей собой, как если бы меньше часа тому назад не произошло самое бурное событие в ее жизни. Одно было определенно, отметила она в унынии.
– Мэгги,– приветливый голос Джеймса достиг ее слуха.– Доброе утро.– Он спокойно поцеловал ее в губы.– И это действительно доброе утро. Ты же видишь,– глаза его светились.
– Х-мм,– смутилась она при его косвенном намеке на случившееся.– Спасибо за розу и ожерелье,– выпалила она.
Он протянул руку и поднял с ее серого свитера эмалевый голубой цветок. Мэгги задрожала, когда его пальцы слегка задели ее.
– Цветок превосходен,– рассеянно сказала она.
– Это незабудка.– Он рассматривал ее из-под полузакрытых век, и ее мысли вихрем пронеслись перед его пристальным взглядом. Незабудка? Что это значит? Если действительно это что-нибудь значит. Господи, если бы только она знала правила игры. Были ли его подарки принятым жестом или нет? Только два факта были очевидными среди путаницы других. Во-первых, Джеймс пощадил ее, затянув паузу, и, во-вторых, ей не хотелось говорить на личные темы сейчас.
Глаза ее загорелись при виде бумаг, которые он изучал, и она попыталась говорить о нейтральном: о работе.
– Ты изучаешь то, что сделал вчера? – Она опустилась на шаткий деревянный стул.
К ее облегчению, Джеймс поддержал ее в стремлении изменить тему.
– Да, я думаю, мы сможем закончить к сумеркам. Нам же лучше,– туманно добавил он.
Когда Мэгги собиралась спросить его почему, ее прервал хозяин гостиницы, внезапно появившийся около их стола, подобно джину.
– Завтрак, маленькая леди? – Сайлс вытер свои руки об испачканный передник и мягко улыбнулся ей.
– Да. Что я могу выбрать? – спросила она, не обращая внимания на насмешливое фырканье Джеймса.
Сайлс укоризненно взглянул на него и повернулся к Мэгги.
– Кукурузные хлопья,– объявил он.– Дорога чистая.
Мэгги нахмурилась, не понимая, каким образом два сообщения были связаны между собой.