Рай что-то ему говорит, но тот только отмахивается. К моему изумлению, платок на нем желтый, Олаф оказался из Бета."
"Я быстро оглянулась, но бежать некуда. Мое сердце застучало, сообщая новости, которые я и так знаю. Через несколько секунд, на глазах всех трех групп мне придется отбиваться от любвеобильного Олафа, который еще вчера с первого взгляда отметил меня как объект собственнического интереса. И в отличие от грубоватого простого Себы на Олафа Борна мои отговорки не подействуют. Кодекс он, скорее всего, знает назубок.
— Внимание! — О. Когда бы еще я с облегчением восприняла громогласно вбивающийся в уши холодный голос. Нам все-такие решили сообщить правила прохождения теста. — Внимание, студенты! Вы проходите тест по физической подготовке. Постарайтесь выжить.
Не может быть, это какая-то ошибка. Я подозревала, что, если на отбор попали нескольких кандидатов без инициации, Академия постарается в первую очень ввести их в полную силу. Всеми видами стресса. Но это же шутка была насчет выживания?
Пока вещал оглушительный голос, с куба начала медленно опадать ткань, обнажая странную золотистую клетку с темной тушей внутри, от вида которой крохотные волоски на руках поднялись дыбом.
Тварь Хаоса. Настоящая. Понятия не имею какого наименования и знать сейчас не хочу. Этот монстр, похожий на огромного кальмара, сонно потянулся, вздохнул и открыл круглые как плошки огромные глаза. От клетки дохнуло сухим, пыльным запахом с неприятной горчинкой.
И я почувствовала, как под ногами пришел в движение пол.
Странный шум с поскрипыванием и шипением залил уши, усиляя громкость одновременно с рывками притяжения к клетке. Спустя пару мгновений разум осознал, что двигается не пол — это мы скользим по нему, подтягиваемые вдохами твари. Как муравьиный лев воронкой всасывает к себе в пасть зазевавшихся насекомых, так и нас утаскивало к монстру.
Взгляд выхватил Рая и Олафа, удерживающихся за выступ в полу. Проплывая мимо одного из таких каменных наростов, я крепко ухватилась за торчащий край. Уф. Спокойно. Теперь можно осмотреться.
Почти четыре десятка человек метались в панике, то подчиняясь дыханию чудовища, то начиная сопротивляться и бежать к стенам, где тяга почти пропадала. Лишь единицы сохраняли контроль и спокойствие.
Недалеко от меня, размахивая руками и недоуменно хмурясь, проплыла Аделаида.