Исинхай узнал об этом и пошел на контакт с правительством Гаэры, предложив свои разработки в области способностей S-класса. И к нему прислушались, но та, ради кого шеф стал работать на правительство, в помощи уже не нуждалась. Капитан МакВаррас, несмотря на беременность, отработала на все сто, влившись в коллектив, взяв под контроль команду вверенного ей корабля и поучаствовав в двух сражениях с пиратскими союзами настолько успешно, что Вейнер более чем высоко оценил склонность своего нового капитана к авантюрам и диверсиям и готов был даже терпеть несносных младенцев на борту.
«Выглядит счастливой», – сказал тогда шеф.
Наверное, только я знала, как тяжело дались ему эти слова.
Но понимать… понимать шефа я начала лишь сейчас, а тогда бесилась от его нежелания хоть как-то вмешаться, от его признания себя проигравшим, от того, что смирился с судьбой и смирился безропотно.
Я просто тогда еще не знала, что это такое – любить.
«Однажды мне больше не будет больно видеть ее», – сказал когда-то Исинхай.
А я вспоминала Чи в сиянии луны, в окружении сверкающей, переливающейся журчащей воды, в звучании поющих цикад… Что ж, если рассматривать мою ситуацию, то шефу еще повезло, он точно знал, что Киара МакЭдл и ее дочь живы и счастливы, а я… я даже не знала, где Чи и что с ним.
Но все, на что я могла смотреть сейчас, – это на приближающуюся планету, зеленые леса, покрывавшие большую часть Илонеса, синие моря, причудливо занимающие две трети планеты, и на космопорт… единственный на весь Илонес.
Вероятно, Исинхай и отправил меня сюда именно по этой причине: планету с единственным космопортом контролировать легче, а все, что пыталось приземлиться в ином месте, воздушная оборона сбивала еще на орбите. Илонес был закрытым миром, с которым едва ли кто-то хотел связываться, особенно после всех историй про Вейнера.