Его заложница

Тварь смеется, захлёбываясь, и жрет мои эмоции, причмокивая от наслаждения.

Сквозь марево, жуткий смех и дикую боль в голове чувствую такой тонкий, сладкий карамельный запах. Откуда здесь? Раньше, кроме как смертью, здесь ничем не пахло. Запах становится все насыщеннее и насыщеннее, я глотаю его, и меня начинает отпускать…

Выныриваю из преисподней одним мощным рывком. Открываю глаза и на инстинктах хватаю Александру за руку, сильно сжимая.

Глотаю воздух, фокусирую взгляд и первое, что вижу – огромные испуганные малахитовые глаза.

Я хриплю, пытаясь надышаться, а девочка, кажется, совсем не дышит. Перевожу взгляд на ее руку, которую сжимаю, и вижу, что она тянулась к моему карману, из которого торчит телефон. Эх, кошка, я думал, ты моя спасительница, а ты воровка. Не усвоила уроки, не дошло до тебя, что происходящее лишь усугубляет твое положение.

Меня вообще нельзя трогать в такие моменты. А девочка все нарывается и нарывается.

— Ай! — пищит, и я понимаю, что совсем не рассчитываю силы, еще немного – и ее кости начнут хрустеть в моей руке.

Отпускаю.

Зажмуриваюсь.

Пытаясь прийти в себя. Но нет, меня уже сносит к чертовой матери и несет. Зверь внутри бунтует и беснуется от того, что его сцену прервала наглая кошка.

— Стоять! — утробно рычит зверь, и девочка останавливается возле лестницы. Встаю с дивана и разминаю шею, тело до сих пор ломит, но боли я не чувствую. Сердце колотится, ускоренно перекачивая кровь, в ушах звенит. Зверь не смог нажраться моим страхом и теперь ему нужна жертва.

В таком состоянии я себя практически не контролирую. Не вовремя кошка решила поиграть со мной. Дура, предупреждал же, чтобы сидела тихо.

Беру пистолет и подхожу к девочке сзади. Меня раздирает на части, тварь внутри меня нашла себе свежую жертву и ликует. Обхватываю Александру за талию и вжимаю в себя.

Всхлипывает.

Наклоняюсь, глубоко вдыхаю сладкий запах, карамель забивается в легкие, будоража моего зверя. Перехватываю рукой под грудью, сильнее стискивая податливое тело, чувствуя, как ее сердце сильно колотится под моей ладонью.

Кошка содрогается и покрывается мурашками.

Боится.

— Кошка, кошка, что же ты такая неугомонная? — голос вибрирует.

Мочит, сглатывая. Резко разворачиваю девочку под ее вскрик и прижимаю к ближайшей стене. Ставлю руку на стену и осматриваю. Под тонкой белой футболкой часто вздымается округлая высокая грудь. Просвечивают острые соски, маленькие, налитые… Зверь реагирует, утробно рыча.