Царь понимал, что винить за побег Монтекристова бессмысленно. Он понимал, кто такие Захар и Марина Кузнецова. Точнее на что было способно ее тело. И только после их побега, он понял, что его водили за нос. Что все — от поимки до заключения в тюрьму — это был организованный план. И скорее всего, главной целью спасения был далеко не Захар, а именно отец Петра Петровича.
Он закрыл окно, вернулся к столу. Такое ощущение, что он что-то забыл сделать, но никак не мог вспомнить, что именно.
На этот раз начал звонить стационарный телефон.
— Петр Петрович! — услышал он крик Михаила Павловича Чехова.
Вообще это был один из тех редких случаев, когда этот человек вообще кричал.
— Миша, что случилось? Чего ты орешь?
— Пушкин! Пушкин! Мои люди нашли Пушкина у берега Черного Моря! Он в коме!
— ЧТО⁈
Не в первый раз за сегодня царь терял над собой контроль. По потолку пошла трещина.
— Когда⁈
— Только что! Там был огромный взрыв! Керченский залив полностью уничтожен! Керчь тоже! Мои люди прибыли туда вместе с флотом Нахимова!
Петр сел в кресло.
— Доставить Пушкина в Москву, — произнес царь и повесил трубку.
Облокотившись на спинку стула, он выдохнул. В голове не было никаких мыслей. Кто-то целенаправленно уничтожает сильнейших, и он не мог этого предотвратить.
Тут он вспомнил, что в полдень ему пришло СМС от Пушкина.
Достав телефон, он прочитал два слова.
«Это Есенин».
* * *Берег черного Моря.
г. Керч.
Утро.
Пустынный пляж заволокло небольшой коркой снега. Солнце только вставало из-за горизонта, окрашивая небо в розовые цвета.
На берегу напротив друг друга стояли только два человека.
— Так это был ты? — глядя Александру в глаза, спросил Пушкин.
— Что, я? — улыбнулся Есенин.
— Хватит придуриваться, — грозно произнес Пушкин. — Тут никого нет. Можешь снять свою маску.
— Забавно. Ты Александр Сергеевич, я Александр Сергеевич. Мне всегда было любопытно, отец назвал меня так, чтобы походить на тебя? Или это просто случайность?
— Кто знает… Ты всегда можешь вернуться домой и спросить его, — он достал телефон.