Весь навар тебе, - и улыбается во все тридцать два.
Открываю и закрываю рот. Каждая фраза – удар под дых. Делаю вдох, а вдыхаю смрад.
- Я расскажу всем о вашем неэтическом поведении! Это подсудное дело! – кричу, слезы ручьем катятся из глаз.
За своего кроху я готова вцепиться ему ногтями в самодовольную физиономию. Предложить мне такое?! У меня волосы на голове шевелятся.
- Кто тебе поверит? – ухмыляется. Я уважаемый врач. А ты с чемоданом приперлась в больницу. Муж выкинул за ненадобностью. Я по доброте душевной хотел помочь… А ты, - фыркает, - Истеричка припадочная.
- Гнилой вы человек, Павел Аристархович, - с этими словами вылетаю из кабинета.
Беру чемодан, который оставила около кабинета.
- Сутки у тебя, Люба - бросает мне в спину. – Потом будет больно.
Не отвечаю. Не оборачиваюсь.
Меня шатает. Перед глазами кровавые круги. Совсем я не разбираюсь в людях. Уже какой раз наступаю на те же грабли. Талантливый врач оказался беспринципным чудовищем.
Вхожу в палату.
- Мамочка пришла! – дочурка не спит.
- Да, цветочек, я с тобой, - за несколько секунд подбегаю к кровати и осторожно прижимаю к себе Надюшу.
- Ты не переживай, - утыкается носом мне в грудь. Все чувствует родная… У нас с ней особая связь.
Глажу ее по голове. Не могу остановить поток слез. Как себя простить? Как ее защитить? Ведь я перед ней так виновата! Из-за меня моя дочурка тут оказалась.
***
Константин
- Ты ее знаешь? – Наташка пытливо заглядывает мне в глаза.
- Нет, - отвечаю резко.
Раскрывать тайны прошлого, журналистке и стервятнице я не намерен. Она итак слишком многое знает.
Гипнотизирую фотографию. Не могу отвести от нее взгляда. Люба… пропавшая без вести… Вот уж точно не ожидал, что она еще когда-то замаячит на горизонте. Еще и в роли жены веника.
Не учишься ты на ошибках, Люба.
- Невзрачная бабень, - протягивает, Наташка. – Вениамин ее четко подобрал на роль кроткой супруги.
Мысленно усмехаюсь. Тут ее журналистская хватка дает сбой. Люба – роковая женщина.
Держу эмоции в себе. Не даю им просочиться на поверхность. Прошлое как лавина накрывает меня с головой.
- Только не помогло ему это. Профукал свой шанс. Теперь на его политической карьере можно поставить крест, - продолжает свои размышления.
Меня ее зудеж над ухом начинает раздражать. Но и прогонять не вариант. Надо разузнать подробности. А у меня ком в горле. Выдавить слово из себя не могу.