То есть, она даже не настоящая принцесса? Что ж, это вполне объясняет то, что Вероника практически не появлялась в свете. Всю жизнь король держал ее как зверушку, которую то ли зельями поил, то ли еще какими бубнами над ней в полнолуние тряс. Только иногда мельком показывал в узких кругах.
Что тут скажешь, совру если не скажу, что мне ее теперь стало искренне жаль… но это, впрочем, никоим образом не оправдывало для меня ни того, что она собиралась когда-то сделать с Арком, ни того, как хотела убить меня.
Впрочем, поудивляться воскрешению Дины у меня еще будет время. Сейчас же следовало поскорее заканчивать с Вероникой. Во всех смыслах.
— Ну так как, допрос закончен? — поинтересовалась я у мужа.
— Вроде да, — кивнул он. — Кажется все, что мы могли от нее узнать, она нам уже рассказала.
— Разве что? — переспросила я.
— Скажи, ты знаешь, какую роль в ритуале должна была отыграть твоя свадьба?
— Частично, — пробормотала фальшивая принцесса.
Опа!
— И в чем она заключалась?
— Я знаю лишь то, что должна была сделать сама в день своей свадьбы.
— Что это было? — твердо приказал Арк, напрягая магические поля — и его выражение лица, и то, как вела себя зомби, однозначно говорило о том, что вытащить из нее этот секрет дорогого стоило.
— Когда в город на празднование соберутся жители со всего королевства, я должна была встать со своим женихом на помосте посреди центральной площади и дождаться действия заклинания архимага Кобальта, которое убило бы всех и каждого, на кого падет мой взор. И медленно повернуться на триста шестьдесят градусов с открытыми глазами.
— Бред, — забормотал Арк, от шока едва не потеряв контроль над заклинанием. — Это же… массовое жертвоприношение, верно?
— Да, — подтвердила зомби.
— Но тогда… После принесения в жертву первого принца союзного государства серьезный дипломатический конфликт был бы неизбежен! А Герштат — очень сильное королевство, однозначно не слабее нашего.