Она – дура, которая совершенно точно носит старушачий слитный купальник, чтобы скрыть едва заметные рубцы на животе. Бедра тоже украшают следы, в меньшем количестве, но покрупнее.
Херня херней. Особенно на фоне ее фигуры. Это выглядит все настолько незначительным, что невольно задаешь вопрос –«почему бабы такие дуры?» В ее голове эти рубцы имеют совершенно точно другой вид. И да, не в отсутствии красивого белья дело, а в башке. А с этим сложнее.
М-да… если к сорока годам ума не нажил, то уже можно и не стараться прокачивать мозг.
Вместо того, чтобы сказать, чтобы свалила с глаз моих долой и надела уже на себя платье, я молча встаю с дивана и подхожу к совершенно пуленепробиваемой с виду Наташе.
Вдруг осознал, что хочу, чтобы она… взбрыкнула. Да, ее послушность и терпеливость меня сейчас даже раздражают. Но играет она равнодушную особу вполне неплохо. А может, из нее и вправду выйдет хорошая актриса."
"– Признаться, я не ожидал, что ты выйдешь в белье. Да еще так быстро, – становлюсь в паре сантиметров от нее. Отвести взгляд от груди становится тяжелее. Ебанутый на всю голову. Можно подумать, баб голых не видел.
– Было бы еще быстрее, если бы я была чуть догадливее.
– Поясни, – наконец до меня доходит ее ответ.
– Застежка на лифчике спереди. Я думала, ты мне брак купил, – ясно. Не знаю, как заставил себя отвести взгляд от груди и встать сбоку от нее. Лучше бы я этого не делал. Теперь взгляд прикован к ее ягодицам. Вашу ж мать, это не задница, а какой-то ходячий шедевр.
– Тебе нравится это белье?
– Да, – не раздумывая, бросает она, чем еще больше вгоняет меня в ступор.
– Странно, а где взбрыкивания? Например, что грудь просвечивается?
– Она у меня красивая, пусть просвечивается. Главное, что трусы в задницу не впиваются. За них отдельное спасибо, – и все, меня накрыло очередной волной хер пойми чего. Когда она говорит что-то в своем стиле, у меня внутри что-то торкает. Не могу сдержать улыбку.