С одной стороны, Конрад понимал, что в элитный дом без присутствия рядом квартиросъёмщика его никто просто так не пустит. Разрешение на проход придется ждать, а минуты казались на вес золота. С другой стороны, мужчина не хотел больше подвергать опасности кого-то, кто важен Браун. Хоть эти идиотки и не вызывали ничего, кроме презрения и лютого раздражения."
"— Эй, — Надя попыталась слабо противостоять, но наркотик в ее крови медленно превращал девушку в безвольный овощ, не способный сопротивляться. — Я хочу танцевать… Между прочим, меня ждет Генри! А еще Натали умотала куда-то с тем стариком и до сих пор не вернулась… Что за привычка трахаться в подворотнях? Хоть бы в туалет с ним зашла, ненормальная…
— Малыш… Возьми меня с собой, — у самого выхода дорогу перегородила Клавдия Мун.
Конрад грубо и нетерпеливо отодвинул ее в сторону, едва не заставив свалиться на пол на высоких каблуках.
— Босс, — Стэфан уже ждал Шульца у центрального входа. Черные машины охраны окружили клуб, словно коршуны или стервятники.
Но Шульц помолчал, лишь поспешно открыл дверь и затолкал внутрь Надю, которая вконец перестала сопротивляться, а приступила к напеванию странных детских песен себе под нос. Всю дорогу к дому в машине стояло напряженное молчание, рушимое лишь выходками Нади, снова и снова пытающейся выскользнуть в окно.
— Я дам распоряжение охране подняться вслед за вами, — напряженно протянул Стэфан, испуг которого едва ли не выплескивался из глаз.
— Нет, — кратко хмыкнул Конрад.
Поднимаясь на лифте, Шульц нетерпеливо постукивал ногой по полу, желая поскорее оказаться в апартаментах. Впервые за долгие годы мужчина потерял контроль, и весь мир вокруг полетел к чертям. Он был уверен в своих людях, но после смерти главы охраны все будто расслабились, выдохнули. Как известно, подобное поведение в многомиллионном городе приводит к неминуемым бедствиям.