Шульц шумно сглотнул, а затем суетливо расстегнул верхнюю пуговицу своей рубашки, после чего хрипло и безумно низко выдохнул:
— В шкафу есть все необходимые вещи, как и в ванной комнате. Завтра утром твой личный повар Барбара оставит на журнальном столике предположительное меню, внеси в него коррективы. Не стесняйся, она полностью в твоем распоряжении. А я… Скорее всего, поживу несколько дней в офисе, чтобы сосредоточится на работе. Так что можешь на волноваться, Эмми. Отдыхай. Пока убийца не будет пойман, у тебя законный уик-энд.
Я нахмурилась от того, как неважно выглядел Шульц. Лицо его казалось непривычно белым, напоминающим цвет двери, а огромные синяки с мешками залегли прямо под осунувшимися глазами. «Кажется, доктор Грин что-то говорил про сотрясение мозга», — вспомнила я, ведь в первый раз пропустила информацию мимо ушей из-за злости и обиды.
— Тебе нужно тоже отдохнуть, — внезапно спутанно протянула я, от обуревающей неловкости прикусив губу.
Слова ударились в пустоту, а Конрад, резко развернувшись на пятках, покинул спальню, громко хлопнув за собой дверью и выключая общий свет, а я оказалась настолько вымотана, что стоило прикрыть глаза, как тут же отключилась.
* * *
Шульц быстро шагал вперед по длинному коридору, намереваясь скрыться в самом дальнем уголке его бескрайнего дома.
Джэф Роддери оформил совершенно новый гардероб, часть коллекции отшили с нуля, что обошлось Конраду в приличную сумму. Лучшие стилисты и визажисты собрали банные принадлежности, отобрали новейшие стайлеры и другие женские электроприборы.
Однажды, несколько лет назад, во время деловой поездки в Испанию на столе переговоров партнеров «Шульц Индастрис» стояла ваза с диким гиацинтом розового цвета.