Нервно заправив выбившийся из высокого конского хвоста черный волос, азиатка сбивчиво протараторила:
— Оу, Эмми! Я рада тебя видеть… Меня не пустили в корпорацию, но просили передать тебе о моем визите. Я сижу здесь с самого утра, так что… — ее взгляд устремился мне за спину, а глаза удивленно расширились. — Дьявол, это правда! Ты, Эмми Браун, действительно увела самого Конрада Шульца из семьи! Кто бы мог подумать… Наша невзрачная серая мышка! Ха!
Я бросила на Конрада хмурый взгляд. Он выглядел, как военный на спецзадании, готовый в любой момент броситься грудью на амбразуру и защитить меня от пули.
— Никто не уводил его из семьи! Конрад не теленок на привязи, — выпалила я и тут же поморщилась. «С чего вдруг ты вообще оправдываться перед человеком, который и знать тебя не хотел все это время?» — Не важно. Забудь. Лучше расскажи, зачем пришла?
Девушка странно отвела взгляд, а затем указала мне на свободное место прямо перед ней.
— Это не быстро, Эмми. Прошу, присядь.
Медленно разместившись на стуле, я старалась не смотреть в сторону Шульца, от которого даже с приличного расстояния исходили флюиды раздражения и недовольства.
— Родители развеяли прах Натали над Тихим океаном, как Натали сама просила. Я была на этой церемонии. Прости, что тебя не позвала… Слишком забегалась, — внезапно выдала девушка, привлекая мое повышенное внимание. — Ее убийцу до сих пор не нашли.
— Клиентов?! — ахнула я, а в горле словно кто-то перекрыл кислород.
— Ты такая наивная, Эмми! Откуда еще, по-твоему, у нее было столько денег? Почему она жила в таком крутом районе, мм? — резко выдала Надя, выдавая свою истинную сущность — агрессивную и подлую. Затем она взяла себя в руки и вернулась к образу многострадальной девы. — Прости, что не рассказала тебе этого раньше. Мне нужно было время пережить утрату.
«Слишком много извинений за один разговор от девушки, которая ни разу ранее не произносила «спасибо» без сарказма!» — заподозрил неладное червячок, скребущий по сердцу наждачкой.
— Всем нужно было время пережить утрату. В том числе и мне. Но никто из вас не дал мне даже шанса попрощаться с Натали, — отрезала я, отворачиваясь к окну."
"Еще недавно Надя не хотела меня знать, не брала трубку, обвиняя во всех возможных грехах.