— Всё! Взлетаем! — приказал он и хлопнул ладонью по кабине вертолета. — Давай, уноси нас отсюда!
Пилот стал разгонять двигатели и связался со штабом, передавая приблизительный маршрут и номер борта. На несколько секунд он завис, после чего стал выключать двигатели.
— В полете отказано, — вздохнул он, сняв массивные наушники и повесив их на шею. — Взлетать запретили до дальнейших распоряжений.
— В смысле, отказано? — рыкнул Ветеран.
— Я связался с командованием. Приказано ни в коем случае не подниматься в воздух, — развел руками пилот.
"А я читал об этой системе. «Птицебой» — довольно серьезная установка с техномагическими ракетами земля-воздух. И эта штука вполне может пробить даже прочный артефактный щит. Мало кого она не сможет поразить, и наш вертолет в это число явно не входит.
— Приказано замаскировать технику и дожидаться подмоги. Они уже выдвинулись на гусеничной технике, так что… — вздохнул пилот.
— Нас же тут порешают! — взревел Ветеран. — У нас шестьдесят человек, из них двадцать инвалиды! — на лбу вздулись вены, но злобой ситуации не поможешь. Так что мужчина вдохнул носом, выдохнул ртом, и постарался взять себя в руки. — Так, все, кроме раненых, на выход! Занять и укрепить позиции, выставить дозорные группы, разделитесь на двойки и тройки. Вы, четверо, — указал он на солдат. — Помогите медику, а затем займитесь маскировкой нашей птички.
— У меня артефакты закончились! — выругался медик.
— У кого есть аптечки — передайте медику, — приказал Ветеран. — Выполнять! — рыкнул он, и все тут же зашевелились.
Каждый подошел и отстегнул от обмундирования специальный мешочек с красным крестом. Все, кроме одного.
— А ты, дебил, чего не скинулся? — нахмурился Ветеран. — Жалко, что ли?
— Ну, я это… — почесал он затылок. — Оставил где-то, по ходу…
— Вот выстрелить бы тебе в колено, да бинтов жалко, — стиснул зубы Ветеран. — Всё, иди, занимай позиции, придурок! Ты с ним иди! — крикнул он другому бойцу.
— На запад? — уточнил я.
— Да, идешь туда, — кивнул Ветеран.