— Эмм… — протянул кто-то из аристократов. — А с ним точно всё в порядке?
Все успели отметить внешний вид Булатова. На нем не было живого места, всё тело покрыто толстой коркой запекшейся крови, волосы выжжены, ну и левой руки нет. Но при этом он выглядел вполне бодрым и даже не унывал, будто бы всё идет своим чередом и беспокоиться не о чем.
Стоило ему скрыться, как через портал снова стали выходить девушки и сразу без сил падать на пол. Среди них некоторые даже узнали баронессу Горшкову.
— Ваше Величество! — едва слышно прошептала она, едва сдерживая слезы радости. — Я осталась верна Империи…
— Ты молодец! — он положил ей руку на плечо. — И если в тебе остались силы, расскажи нам, что всё это значит.
Елизавета прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и начала свой рассказ. Разумеется, рассказывала она не с самого начала, а вкратце описала происходящее по ту сторону от портала.
— Их много… Очень много. И они сильны! — девушка не выдержала и по ее щекам потекли слезы. — Михаил сейчас один сражается с ними. Он пинком отправил меня в портал и сказал, что если я вернусь, он сделает мне пожизненный понос!
— Ну и юмор у него, конечно, — помотал головой кто-то из аристократов.
— Поверь, это не юмор. Это суровая правда жизни, — помотал головой Император.
— Да, это его любимый прием. Видели бы вы, сколько иномирцев от этого полегло, — вытерла слезы Елизавета. — А еще Михаил не может отступить, так как защищает остальных освобожденных рабынь! Не получается быстро переправить их, нужно время, чтобы они не пострадали от переноса. Михаил сказал, что обезвредил магию ошейников, но нужны лекари, чтобы безопасно снять их, а он сам за всеми не успевает.
В зале тут же началась бурная деятельность. Слова баронессы заставили Императора крепко задуматься. Он стоял, хмуро глядя в сторону портала.
— Что будем делать, отец? — дернула его за рукав дочь.
— Гм… — старик нахмурился еще сильнее, пока из портала одна за одной выходили девушки. — А плевать, — махнул он рукой.