— Ганн — не такая уж важная птица, — презрительно заявил майор Ламберт.
— Надо же, а всего минуту назад он был зачинщиком восстания, — поддел его Айден. — Вы уж определитесь, майор.
— А как на ваш взгляд, так ли важна смерть этого Ганна? — спросил у Айдена полковник.
— Рыжий Робби обладал дьявольски невыносимым характером. При жизни он мог быть занозой в заднице, но посмертно его возведут в герои. Кому как не мне, потомку шотландского повстанца, понимать всю силу легенд. Нельзя допустить, чтобы это произошло.
— Каким образом? — спросил полковник Уизерспун, заговорщически склоняясь к Айдену.
— Закопайте его. И как можно быстрее, пока не поползли слухи.
— Но не мог же он просто исчезнуть, — возразил майор Ламберт. Тот же вопрос возник и у Энн.
— Мог, — уверенно сказал Айден. — У Ганнов не осталось ни гроша за душой. Обыграем это так, будто бы он сбежал из плена и выехал за пределы страны. — Он пожал плечами. — Люди сейчас целыми семьями уезжают, гонимые «очистками». Отъезд Робби покажется вполне правдоподобным.
— Ну и куда, по-вашему, он мог бы податься? — с неподдельным интересом спросил полковник Уизерспун.
Айден на секунду призадумался.
— Франция, Дания — неважно…
Полковник взвесил эту идею в уме.
— А почему бы и нет? Лягушатники обожают революционеров. Они могли бы даже сделать его министром.
— Робби Ганну такое предложение бы понравилось. — Айден обратился к майору Ламберту: — Кто еще знал, что он здесь находится?
Майор не хотел ему отвечать. Он явно был возмущен вмешательством Айдена.
— Несколько человек.
Айден фыркнул.
— Это как прикажете понимать?
— Да, Ламберт, что бы это значило? — повторил полковник.
— Хозяин таверны и служанка, которым мы заплатили, чтобы они держали рты на замке.
— А они могут проболтаться? — спросил полковник.
— Нет, если им дорога их жизнь, — ответил майор Ламберт. — Я хотел сохранить месторасположение Ганна в тайне.
— Если бы что? — надавил на него полковник Уизерспун.
— Если бы его брат или лорд Тайболд попытались его вызволить.
— И рискнуть всем, что у меня есть? — рассмеялся Айден.
И Энн мысленно посмеялась вместе с ним. Его слова прозвучали весьма естественно.
— Ламберт, — продолжил он, — ты живешь в выдуманном тобой мире. У меня есть деловые интересы и чувство долга перед короной.