– Тут не было парня из первого класса? Такой темноволосый, Кристофер зовут, – сдавленно поинтересовался он."
"Старуха просканировала его подозрительным взглядом, потом мучительно медленно поднесла сухой палец к лицу, поправляя очки. Теодор сильно кусал губу, чтобы не начать ругаться.
– Был, – наконец ответила она так, словно сделала ему одолжение. – Ушел минут пять назад.
Она собиралась добавить что-то еще, но Теодор уже выбежал из библиотеки, несясь к выходу. Он злился на себя за то, что не пропустил это дурацкое бесполезное собрание, на тренера, который это собрание устроил, на библиотекаршу, на которую потратил целых две драгоценных минуты.
Он вылетел на улицу, прищуривая глаза, и едва не упал на колени от облегчения, когда увидел знакомую темную макушку где-то у ворот. Набрав в легкие побольше воздуха, он заорал:
– Кристофер!
Макушка замерла и постояла пару секунд на месте, прежде чем снова пуститься в путь.
– Твою мать, – прорычал Теодор, опять срываясь на бег и злясь теперь уже и на Кристофера. Что ему, сложно постоять минуту, что ли? Да Теодор так скоро легкие свои выплюнет прямо ему под ноги, даже спортивная выносливость не поможет.
– Стой! – снова закричал он, едва не кувырком летя по тротуару. Схватил его за руку, сгибаясь пополам, и Кристофер преувеличенно громко вздохнул, разворачиваясь.
– У тебя ладони потные, – ровно произнес он, опуская взгляд на свое окольцованное чужими пальцами запястье.
Теодор поднял на него раздраженный взгляд, но ничего не смог сказать, потому что потратил весь кислород в легких на то, чтобы добежать до упрямца.
– Придумал, что сказать в оправдание? – поинтересовался тем временем Крис. – Может, учитель оставил после уроков? Или друзья не отпускали? Тренер позвал на внезапное собрание? С девочкой развлекался?
Теодор закашлялся от изумления. Кристофер отвел взгляд, как будто сам не ожидал от себя последней фразы.
Если бы еще это помогало.
Если бы еще каждый раз, целуя кого-то, он не видел за закрытыми веками вовсе не свою партнершу.
Он сплюнул вязкую слюну, выпрямляясь, сильно, пусть и непреднамеренно, уязвленный.
– В точку, – ядовито ответил он. – Мистер Всезнайка опять оказался прав.