Держась от меня на расстоянии, он умудряется нервировать сильнее, чем если бы трогал.
— Отвезешь меня домой? — спрашиваю между делом.
— М. Ага, — меняется он в лице. — Не хочешь в кино?
— У меня… голова болит, — вру, изображая вымученную улыбку.
— Фигово… — бормочет Леня.
Его манера вождения — это то, к чему нельзя привыкнуть, поэтому поездка кажется бесконечной, и как только вижу знакомый дом, отстегиваю ремень и прошу:
— Останови здесь. Мне нужно в… магазин зайти.
— Я позвоню, — трет он свои волосы.
"Взявшись за ручку, ловлю его бегающий взгляд:
— Эм… хорошо посидели. Спасибо.
— Ну. Так… пока?
— Пока… — выбираюсь из машины, злясь от того, что он не уезжает.
Мне приходится свернуть за угол, чтобы отделаться от ощущения чужих глаз на своем затылке.
Сырой воздух улицы после двухнедельного заточения в квартире кажется свежим, поэтому решаю и правда сходить до магазина. Болтаясь между полками, беру чай и сворачиваю в отдел косметики, чтобы купить для нас с Ксюшей шампунь.
Шесть вкусов, и все разные.
В груди будто лопается пузырь! Кровь будто замирает в моих венах, а потом несется по ним до шума в ушах! Разносит по телу решимость, от которой сжимаю зубы!
Я не хочу больше ждать.
Сегодня воскресенье, и целый бесконечный день впереди.
Я не хочу больше ждать, понял?!
Сунув набор кассиру, с колотящимся сердцем ищу в кармане пальто телефон.
Вылетаю на улицу, зажав в ладони упаковку этих бальзамов, и шагаю по узким присыпанным листьями дворам.
Сама не знаю, куда иду.
Мне нужно двигаться, иначе умру.
Остановившись посреди детской площадки, набираю полные легкие осеннего воздуха, а потом нажимаю вызов.
То, что мне приходится считать гудки, деморализует сильнее, чем даже отсутсвие абонента в сети.
До этой секунды я не до конца понимала, как важно для меня то, чтобы он взял эту чертову трубку.