– Пап…"
"– Забирайте её, - отчим больше не смотрит на меня, направляется к выходу из комнаты. – Не хочу видеть эту дрянь в доме. Увезите её прочь.
– Пожалуйста!
– Тише, Карина, - мужчина сдавливает мои плечи, разворачивая к себе. Вздрагиваю, когда со спины прижимается другой. – Не стоит глупить.
– Тебя только что подарили…
– … А подарки не возмущаются.
– Лишь послушно выполняют всё, что от них хотят. И тебя этому научат.
Кровь приливает к лицу от таких слов, меня начинает потряхивать. От ощущения, что меня зажимают двое мужчины – под кожей раздаются болезненные вспышки.
Я не думаю о том, что делаю. Просто замахиваюсь и бью по щеке того мужчину, который повалил меня на кровать. От пощечины звенит в ушах, и рука наливается болью. Но в душе – мне чуточку лучше.
– Зря ты это, - мужчина сжимает мою ладонь, сдавливает пальцы. – Так себя хорошие девочки не ведут.
– И мужчины тоже, - прикусываю губу. Отчим учил меня, что я должна уважать всех и никогда не перечить, но сейчас не получаются.
– Сказал. И это действительно так. Смирись, Карина, ты едешь с нами. Не стоит привлекать слишком много внимания. Исход не поменяется. А можно получить наказание. За пощечину ты уже должна.
– Я не…
Сникаю, потому что они оба сильные, крупные. Любой из них может причинить мне боль, а я не смогу сопротивляться. Уже получила доказательства.
– Вы не можете. Ни один из вас. Моим воспитанием будут заниматься братья, а не вы.
Мужчины переглядываются, а я получаю шанс отступить на шаг. Поправляю платье, которое надела для утренней фотосессии. А теперь, наверняка, её не будет.
У меня всё холодеет внутри от мысли, что будет дальше. Как со мной поступят. Я не жду, что сводные братья окажутся не такими монстрами. Пожалуй, они будут даже хуже.
Если отчим, который жил со мной, заботился и воспитывал – так со мной поступил… То два незнакомца сделают только хуже.
Они хотели заняться воспитанием сестры.
Неужели… Правда? Марк и Адам решили, что я недостаточна хорошо для их семьи и давно хотели это провернуть? Наказать за что-то, что я сделала не так. Просто родилась девушкой и уже виновата.
В семье отчима очень строгие порядки, и я не представляю, как мама могла согласиться на такое. Принять чужие порядки и традиции, которые кажутся мне дикими.
– Твои братья? – один из мужчин усмехается, а затем качает головой.