Как только за стражей закрылась дверь, я повернулся к Василисе и уточнил:
— Ты в курсе, что твоего отца травят?"
"Глава 19
— Что⁈ Какое отравление⁈ — Василиса дёрнулась, её зелёные глаза широко распахнулись от шока.
Я поднял руку, призывая к спокойствию. Геомантка медленно опустилась в ближайшее кресло, но вся её поза выражала напряжение.
— Твой отец выглядит старше своих лет, — начал я размеренно. — Глубокие морщины, усталые складки у рта — это не просто следы времени. Он ёжился, словно ему холодно, хотя в кабинете было тепло.
— Какой запах? — Василиса наклонилась вперёд.
— Ржавчина и сырость, — я нахмурился, вспоминая. — Как в старых заброшенных шахтах. И ещё одна деталь — все железные предметы вокруг него выглядели тусклыми, словно покрытыми патиной. Для архимагистра металломантии это… неестественно.
Я сделал паузу, подбирая слова. В прошлой жизни мне доводилось сталкиваться с подобной отравой — редким и изощрённым оружием против магов, но об этом я не мог сказать вслух.
— Всё это указывает на особый магический яд, — продолжил я. — Он действует не только на тело, но и на магическое ядро. Медленно, постепенно разрушает связь мага со стихией. Тот факт, что твой отец до сих пор жив и сохраняет такую силу, свидетельствует о невероятной мощи его дара и крепком теле.
Василиса побледнела. Её руки сжались в кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели.
— Я не видела его полгода… — прошептала она. — Не знала… Боже, как я могла не знать⁈
— Ты и не могла знать, — вмешался Тимур.
Полина, слушающая нас, затаив дыхание, ахнула и прижала руку к губам.
— Но кто мог желать князю зла? — спросила гидромантка, переводя взгляд с меня на Василису.
Княжна горько усмехнулась.
— Проще перечислить, кто бы НЕ желал ему зла. У отца масса врагов. Местная знать, которую он держит в узде. Революционеры среди простолюдинов, мечтающие о свержении аристократии. Все соседние княжества хотели бы ослабления Москвы. Агенты заграничных держав. И даже… — она помолчала, — фанатики, почитающие Бездушных. Три года назад в столице разоблачили целый культ. Все они хотели бы устранить князя.
— У тебя есть идеи, кого стоит проверить первым? — уточнил я.