Я выпрямился, несмотря на протест руки. Чёрные кристаллы такого размера — невероятная редкость.
— И финал, — Борис не смог сдержать довольную ухмылку. — Чёрный кристалл. Один. Из самого Кощея. Зарецкий сказал, что это «ти-та-ни-ческий» — по слогам произнёс командир.
В лазарете повисла тишина. Даже вечно болтливый Альбинони потерял дар речи. Титанические кристаллы были легендой — их находили раз в десятилетие, и то не факт.
— Борис, — я не смог удержаться от улыбки. — Ты проделал чертовски хорошую работу. Не упустил ни одного ценного камня.
Ветеран расплылся в довольной улыбке, но быстро взял себя в руки.
— Что с настроениями в остроге? — спросил я. — Паника?
— Никак нет. После того, как ментальные атаки прекратились, народ быстро пришёл в себя. Сейчас все при деле — раненых лечат, стены чинят, трофеи считают. Настрой боевой.
— Отлично. Что ещё?
Борис довольно потёр руки.
— На этом хорошие новости не заканчиваются. Я разослал отряды сборщиков по окрестностям — пока Бездушные в панике, самое время пошарить по лесам.
— И?
— Королевская добыча! Чернотрав везли возами. Пустодрев тоже прилично, хоть и поменьше. Тлен-земли мешков двадцать набрали.
Реликты Гона — ценнейшее сырьё для алхимиков. Зарецкий будет в восторге.
— Но это ещё не всё, — Борис понизил голос, словно сообщая государственную тайну. — Нашли источники. Небольшие, но настоящие. С Мёртвой водой и Живой.
Я резко подался вперёд, игнорируя протест руки.
— Сколько набрали?
— Мёртвой — три фляги. Живой — одну, источник был почти иссякший.
Мёртвая и Живая вода — сказка, ставшая былью. Первая останавливает разложение, вторая исцеляет. Вместе они могли творить чудеса.
— Где хранятся?
— На складе. Под тройной охраной.
— Правильно. Это богатство нужно беречь и переместить в мой сейф.
— Кстати, воевода, — Борис хлопнул себя по лбу. — Чуть не забыл! Со смертью Лорда связь восстановилась. Амулеты снова работают.
— Ракитин выходил на связь? — я сразу напрягся.
Судьба союзников волновала не меньше собственной.
— Так точно. Первые сводки обнадёживающие — Иванищи выстояли. Оборона, правда, серьёзно пострадала, восточный бастион почти разрушен. Но большинство защитников живы.
Я выдохнул с облегчением. Руслан — молодец, удержал свои деревни, а значит, и посланные мной туда бойцы для усиления выжили.
— Основная волна Бездушных была сконцентрирована на нас, — продолжил Борис. — Им досталась только малая часть.